Я не виновата, что проспала… А сколько я проспала?
— Две недели, любимая. Мы две недели беспокоились о тебе. Спасибо зельям и целителям — тебя удавалось кормить и поить.
Грета ужасно смутилась и не стала спрашивать, кто перестилал белье. Просто, если бы это была магическая кома, то тогда организм бы впал в спячку. А если кормили, то и обратно все должно было выходить. Ужас. Нет, без этой информации она как-нибудь обойдется.
— Так что сказал капитан дорфьей стражи? — спросила Тирна.
— Капитан? — ахнула Грета, — нет, я требую обстоятельного рассказа! Ал, прекрати так умильно улыбаться! А если бы ты проспал все это время?!
— А вообще целитель запретил тебя беспокоить, — хитро прищурился некромант.
— То есть сейчас я, по-твоему, спокойна?!
Дружный смех был ей ответом. Показательно надув губы, Грета проворчала:
— Двери откройте. Там наш капитан заявился.
— Ага, то есть через чердачное окошко он уже не хочет залезать? — фыркнула Амалия. — Бесстыдник. Ты хоть знаешь, что они с Финли и Карамелькой сделали?
— Боюсь, что ничего хорошего и доброго они не сделали, — вздохнула Грета.
— Они обнесли королевскую кухню! Как три магических зверя умудрились сожрать все запасы я не представляю. А вот за то, что нам не выставили счет — спасибо твоим с Тирной подвигам.
Когда Дикки вошел в гостиную Грета зажала себе рот руками. Она искренне пыталась не засмеяться. Все же котам редко идут жилеты. Даже пурпурные, даже вышитые золотой нитью.
«Смейся-смейся», проворчал дорф, «ты еще не видела своего платья на бал-маскарад».
— Что? Какое платье? Какой бал-маскарад?
— Так мне про бал, или про капитана дорфьей стражи рассказывать? — прищурился некромант.
— Тебе рассказывать с самого начала про заговор, — припечатала Амалия ван Линдер, — про капитанство сам дерр Дикий и расскажет, благо, что к разговорам он вполне способный. Вот никогда бы не подумала, что буду с ностальгией вспоминать, как Грета приносила в дом мышей и птичек. Выросла внучка, выросли и зверушки. А про бал и платье Грете расскажу я.
Алистер легко коснулся губами щеки Греты и встал. Подойдя к окну он несколькими простыми жестами запечатал его, затем перешел ко второму окну и повторил. Так, обходя комнату он поставил один из самых мощных щитов от прослушивания. Затем он поставил на стол статуэтку крылатой собаки.
— Вы не сможете передать третьим лицам ничего из услышанного в этой комнате, — серьезно произнес некромант.
— Все настолько плохо? — нахмурилась мора ван Линдер.