Прости свою приемную мать за ее холодное отношение к тебе в последние дни перед твоим отъездом. Ты ведь уже, наверное, поняла, что ее болезнь, из-за которой она не смогла присутствовать на дне твоего рождения, была вызвана ни чем иным, чем Вашим грядущим расставанием. Она забрала тебя на целую неделю, пытаясь хотя бы насмотреться на тебя перед разлукой, ведь она ничего не могла сказать… Вы расстались с ней там же, где и обрели друг друга – в загородной резиденции в той самой деревне.
Но Высшие Силы не оставляют ее. Сразу после твоего отправления пришло письмо из Франции о том, что твоя старшая сестра Шарлотта Великобританская ждет ребенка – эта новость окрылила мою несчастную супругу, поэтому сейчас ей несравненно легче.
Фиона также получила мое письмо. К нашему общему сожалению, мы не можем сообщить ей тайну твоего происхождения, и жизнь распорядилась так, что, возможно, Вы скоро расстанетесь, поэтому я очень надеюсь, что, Вы сейчас хорошо проводите время вместе.
Моя маленькая королева, я вынужден на этом закончить свое повествование, зная, что тебе понадобится немалое количество времени, чтобы до конца осознать все мои слова.
И запомни, чтобы ни случилось, Англия всегда будет твоим домом, и мы с королевой всегда с радостью примем свою доченьку.
С безмерной любовью к тебе и уважением к дону Ластиньо, король Соединенного Королевства Георг III».
Изабелла, не шевелясь, сидела под деревом, откинув голову назад и закрыв глаза.
Это все было сном. Нелепым, странным, неправдоподобным. Скоро она проснется у себя во дворце и расскажет весь свой ночной разгул фантазии Керолайн. Они, конечно, посмеются, нагородят еще какое-нибудь продолжение и весь вечер будут перемигиваться и перешептываться, получая от гувернанток по несколько выговоров в минуту.
Девушка открыла глаза.
Теплая южная ночь, безоблачное звездное небо, идущая на убыль луна, мягкая трава под рукой и шорох листвы. Это не Британия. Это Калифорния.
Тогда, может, не эта земля – плод ее фантазии, а письмо?
Изабелла опустила голову – шуршащие листы бумаги с гербовой королевской печатью и пометкой о высочайшей важности.
Эти два столь несочетаемых в ее сознании явления сейчас невозмутимо сосуществовали в одно время и в одном месте.