"
"- С ума сойти! – подавилась от хлынувших через край эмоций Изабелла, тщетно пытаясь понизить голос и говорить так же тихо, как подруга. – Все-таки два самых влиятельных пирата, наконец, померялись силами. Невероятно!.. Неужели это, наконец, случилось?.. И когда Рикардо все это успел тебе рассказать?
- Вы слишком долго нас искали, – подозрительно покосилась в дверной проем Керолайн.
- Вас не было минут пять.
- Тридцать.
- Что?
- Мы прятались полчаса. Вернее, прятались мы всего минут десять, а, когда поняли, что Вы не собираетесь нас искать, просто гуляли с другой стороны скалы.
Из соседней комнаты не доносилось ни звука.
- Дверь. Почти такую же, как входная. Наверное, это запасной выход. И, надо отдать должное, если бы мы не знали, что именно искать, мы бы никогда в жизни ее не заметили.
- Ясно… Кажется, мне надо поспать…
- Точно?
- Теперь да.
- Ну, ладно. Я тоже устала.
Керолайн высунулась с кровати в сторону дверного проема и внимательно посмотрела на недвижный комок, с головой укутавшийся одеялом.
- Спокойной ночи, – произнесла она.
В ответ донеслось что-то нечленораздельное.
Кери облегченно вздохнула и с чувством выполненного долга вернулась на свое место. Одинокий «Робинзон» ждал ее на прикроватном столике.
====== Часть 2. Глава 6 ======
- Ау! Подъем! – истошно колотил кулаком о дверной косяк какой-то утренний гость.
Изабелла с трудом открыла глаза и осмотрелась по сторонам.
Рядом с дверью, ни жива ни мертва, стояла Керолайн. Она выскочила из своей кровати, заслышав оглушительный стук, и теперь мерно шаталась из стороны в сторону, все еще не понимая спросонья, что происходит.
- Рикардо... – простонала Изабелла и откинулась обратно на подушку.
Фрейлина, пытаясь прийти в себя после столь бурного подъема, присела на кресло.
- Сони, подъем! Вы меня голодом решили уморить?! – снова загрохотал Линарес.
Керолайн вскипела и, спрыгнув с ручки кресла, резко открыла дверь:
- С добрым утром! – рявкнула она.
Рик застыл на месте и прирос взглядом к стройной фигурке. Девушка вышла из себя до такой степени, что не удосужилась укрыться ни платьем, ни кофтой, ни хотя бы одеялом, поэтому взору Линареса сейчас открылась облаченная в темно-синий шелк пеньюара разъяренная гурия, неистово откидывающая с плеч разметавшиеся после сна бесконечные белокурые локоны.