Во-первых, это ставило под угрозу тайну происхождения Изабеллы, а, следовательно, кидало тень на имя Георга III и Шарлотты Меклинбург-Стрелицкой, а, во-вторых, это было бы ударом на поражение для дона Ластиньо и его сына, которые всегда должны были находиться в полной боевой готовности и моральном равновесии...
Обратный путь Изабелла проделала на Торнадо вместе с Зорро, потому что не могла сама держаться в седле. У нее совершенно закончились силы, мысли и эмоции.
Она вошла в свою комнату как была – в маске, плаще и черной амазонке, и под ошеломленный взгляд Керолайн, упрямо дожидавшейся возвращения подруги, упала на кровать, едва успев скинуть одежду.
Фрейлина, увидев состояние своей принцессы, тут же панически рванула к Зорро в надежде расспросить его о случившемся. Молодой человек сообщил ей, что Изабелле нелегко далась сегодняшняя встреча, которая в купе с написанием письма и экзаменом вымотала ее окончательно. После его авторитетного заявления Керолайн, от обид которой не осталось ни следа, еще почти час сидела над кроватью Изабеллы, вслушиваясь в ее мерное дыхание и ревностно охраняя ее сон.
Изабелла откинула одеяло и уставилась в потолок. Керолайн дала ей возможность отдохнуть. Впрочем, не только Керолайн, но и все обитатели дома, потому что стрелки показывали пять часов. И, по всей видимости, вечера, так как молодой человек привез ее домой около трех часов ночи, и вряд ли она спала после этого всего два часа.
Девушка медленно приподнялась и села на кровать.
Она, наконец, в полной мере поняла, чем был вызван столь неожиданный приступ безумия Георга III во время его поздравительной речи. Несчастный и больной монарх столько вынес за последний год, что у него совершенно не оставалось сил на самоконтроль. Ведь он держался до последнего. Он устроил такой незабываемый праздник, подарил ей прекрасный корабль..."
"Только это был не праздник, а прощание, а корабль был не подарком, а инструментом их разлуки... Конечно, он не совладал со своей болезнью и в горячечном порыве объявил Изабеллу первым претендентом на трон, а Кери – первой фрейлиной.
А еще оказалось, что ее мать плыла на соседнем корабле. А она ничего не знала...
Изабелла вспомнила тот странный женский голос, который слышала в первую ночь в доме Зорро.