Разноцветные прыгающие фонарики. Или флажки? На полках? Все вертится и неистово скачет из стороны в сторону.
Какой-то гулкий звук раздался три раза. Часы?
Изабелла протянула вперед дрожащие руки. Они несколько раз раздвоились у нее в глазах и, наконец, приняли обычный вид.
Сейчас три часа ночи? Девушка, задохнувшись, подскочила с дивана. Он же приказал ей прийти к нему! А она до сих пор здесь!
Здесь? Библиотека. Стеллажи. Кресло рядом с дверью. Упавшая книга на полу.
Приказал? О чем она? Изабелла встряхнула головой.
Она в изнеможении опустилась обратно на диван. Это сон? Зорро здесь? Рикардо научил Кери плавать? Или все это ей тоже приснилось? И его слова, и его взгляд…
Нет, это все сон…
В голове постепенно стало проясняться. Она, действительно, задремала. И сейчас три часа дня. Ничего не произошло. Рикардо отдыхает после обеда, Кери читает в спальне Даниэля Дефо. А она ненадолго заснула здесь после тревожной ночи. Зорро нет дома, он уехал вчера вечером. И ничего не было… Не было…
Изабелла инстинктивно проверила на себе одежду.
Да, это сон. Он снова ей приснился…
Только в прошлый раз он оказался рядом и успокоил ее… Обнял, защитил от страшных видений…
Да сколько можно! Девушка снова вскочила с дивана и в сердцах оттолкнула ногой толстую книгу. Даже во сне он занимает все ее сознание! Неужели она не может думать о чем-то другом?! Больше ни одной минуты в мыслях о нем! Его нет в поле ее зрения, а, значит, и в голове!
Приказал! Она английская принцесса! Никто не имеет права приказывать ей!
Изабелла резко отодвинула в сторону увесистое кресло.
Приказал ей прийти к нему в спальню! В этом красном кусочке ткани! Да там и ткани почти не было! Сплошные ленты и кружева! Выполнять все его желания! Всю ночь! Быть покорной!!! Его!!!
Нет, она опять думает о нем... Это невозможно!
Девушка распахнула вход в помещение и обернулась. Все мысли, связанные с ним, она оставит здесь! Ничто больше не заставит ее думать о нем!
И, со всей силы хлопнув дверью, Изабелла стремительно покинула библиотеку.
====== Часть 2. Глава 9 ======
Вся следующая неделя прошла под эгидой углубленного изучения испанской речи и письменности.
Изабелла, хоть и имела уже возможность убедиться в умышленной непосредственности своего брата и его умелом напуске образа неотразимого ловеласа, все равно была до глубины души поражена истинным положением дел, которое применительно к данным обстоятельствам выразилось в дичайшем тоталитаризме.