Даже, будучи где-то далеко…
- Ну, померяй, померяй! – гудело над одеялом.
И простил…
- Ну поме-е-е-еряй, – завывала фрейлина.
- О, Господи, Керолайн! Да померю я! Только позже! Дай мне хотя бы умыться!
- Точно?
- Точно.
- Точно-точно?
- Да!
- Не поняла.
- Точно-точно!!!
- Я – на кухню, – прощебетала Керолайн и выпорхнула в коридор.
Иногда они с Рикардо бывали совершенно невыносимы.
- Ты пообещала, – внезапно засунулась Кери в щель не успевшей закрыться двери.
Изабелла подскочила на месте и, резко дернув одеяло, уронила на пол пеньюар.
Неужели она пойдет на поводу своей несносной подруги и накинет на себя хоть одну из этих красных лент? Да ни за что на свете!
Но она же пообещала… Девушка упала обратно на подушку и, натянув на себя одеяло, закрыла глаза. Просто катастрофическое положение.
«Оденешь то, что я дал тебе… И будешь всю ночь делать то, что я захочу… Будешь послушной и покорной… Будешь моей…»"
"Изабелла с округлившимися глазами выпрыгнула из кровати и, в беспамятстве накинув на себя зеленую амазонку, стрелой вылетела в коридор.
Отстранив Керолайн от всех кухонных дел, дабы чем-то отвлечь свой разум, Изабелла меньше, чем за час приготовила и сервировала королевский завтрак, который вполне можно было отнести к обеду или ужину. Ее подруга, впрочем, расценила это как попытку отвертеться от грядущей примерки и не преминула напомнить о том, что Изабелла дала ей слово, не менее десяти раз, каждый из которых отдавался в воспаленном сознании низкой и будоражившей душу интонацией.
После трапезы Рикардо с головой окунул своих подопечных в очередной урок испанского и продержал их там около четырех часов, по истечении которых подруги, словно выжатые лимоны, вползли обратно на территорию спасительной кухни и занялись обедом, в след за которым им был предоставлен непродолжительный отдых.
Механически прогоняя в голове недавний урок и невидящим взглядом изучая какую-то книгу, Изабелла то и дело вспоминала о том, что нигде не могла найти свою заколку.