Хуан!
Ее сообщник, удалившийся было на нижний этаж во время личного разговор сестер, снова появился в поле зрения. Он поднялся по лестнице и остановился в начале каменной площадки. Изабелла проследила за уходящей фигурой сестры и механически натолкнулась взглядом на два черных коротких кортика, зажатые по одному в каждой неподвижной и твердой руке. Еще два виднелись у него из-за пояса в точках моментально доступа в случае промаха двух предыдущих.
В голове, словно пожар, взметнулся страшный звук плотного удара… Два десятка лиц, голубое облако мундиров, частокол ножей… И одна высокая темная фигура в середине этого адского круга.
- Не волнуйся, я передам от тебя всем пламенные приветы, – послышались последние слова сестры. – Хуан, действуй – и убираемся отсюда!
Изабелла недвижно следила за руками мужчины в черном костюме.
Никогда не показывать страха.
Смотреть смерти в лицо.
Кодекс чести средневековых рыцарей, читаемый с детства, словно сказка, всеми лицами знатного происхождения, внезапно замаячил на грани сознания.
Держать спину. Не опускать плечи. Дышать ровно. Не дергаться. Ничего не говорить. Никого не звать. Не смотреть по сторонам. Поднять голову. Думать о небе.
Девушка сделала глубокий вдох и превратилась в каменное изваяние.
Только о небе…
Два коротких кортика медленно направились рукоятками вперед.
О темном ночном небе… И россыпи миллиардов звезд…
О кронах вековых деревьев. О далеком шуме бескрайнего океана. О птицах на недосягаемых высотах и неуловимых диких мустангах в выжженных прериях.
О нагретой дневным палящим солнцем земле. О теплом южном воздухе над мягкой травой, накрытой черным плащом… О посеребренном полной луной высоком темном облике на расстоянии одного шага…
«Моя…» – неистово застучало в голове.
Послышался шум замаха – в груди все перехватило, а глаза, хоть и широко открытые навстречу свернувшемуся до границ каменного зала миру, отказались видеть.
«Моя…»
Резкое движение и одновременно с ним приглушенное мужское проклятье.
Судорожная попытка осознать происшедшее долю секунды назад.
В остановившемся взгляде отпечатался короткий бросок руки мужчины в черном костюме. Она молниеносно рассекла воздух и инерционно опустилась к поясу.
Но она уже была пустой… В нескольких метрах от замершей фигуры скользили по полу два коротких черных кортика. Тот, который должен был стать орудием убийства и тот, который этого не допустил.
Изабелла с трудом подняла голову вверх и в сторону.