Мы целый день отдыхали. А Вы лучше...
- Вам что-нибудь нужно?
- Мне нужно только, чтобы Вы поели и отдохнули! – воскликнула Изабелла. – Пожалуйста, дайте Вас накормить! Сейчас все остынет. Это намного важнее, чем все остальное… – тихо закончила она, мешая прозрачный, как слеза, бульон.
Ее талию внезапно обхватили сильные руки, и через мгновение девушка поняла, что сидит на подушках рядом с молодым человеком вместе с тарелкой, ложкой и блюдцем свежеиспеченного хлеба. Она быстро подогнула под себя одно колено и, на всякий случай, подув на ложку с супом, поднесла ее к улыбающимся губам.
Линарес, на свою голову зашедший проверить обстановку, еще долго припоминал Керолайн эту сцену. Она никогда не сидел перед ним на кровати на коленях и не кормила его с ложечки, преданно заглядывая в глаза и упрашивая съесть еще хоть капельку.
Впрочем, сегодня вообще был не его день. Манимый сладостными ароматами, он попытался зайти на кухню, но был встречен таким ожесточенным рычанием своей музы, что выскочил оттуда, как ошпаренный, и мог только издалека печально наблюдать за тем, как Изабелла, сбиваясь с ног, таскала на второй этаж бесконечные тарелки и подносы.
- Скушал шашлычок? – с придыханием спросила Кери, перенимая очередную опустошенную тарелку.
- Да, – с идентичным блеском в глазах отозвалась Изабелла, подхватывая блюдо с овощами и отмеренными словно по линейке кусочками копченой рыбы.
- Когда можно раскладывать десерт?
- Начинай.
И Изабелла снова скрылась на втором этаже.
Испытания же ее брата на этом не закончились. Выглянув из кухни, фрейлина поманила его на заветную территорию. Окрыленный Линарес впорхнул к столам, уставленным тарелками, и тут же столкнулся с ножом и миской.
Часы пробили три раза, когда Изабелла заканчивала кормить своего покровителя. Она все еще сидела перед ним на коленях, умоляя скушать последнюю виноградинку или кусочек медового персика.