Если мы хотим, чтобы этот ребенок родился, то я бы отправил Родиона на пару месяцев в… Сеул.
Отец сжимает руки в замок, зависая взглядом в пространстве.
— Подумаю об этом.
— Я не поеду в Сеул! — фыркает Родион. — Пока я буду в Сеуле мой резвый братец залезет в постель к моей обиженной жене?
— Проспись иди! — оскаливаюсь я.
— А какое отношение к этому всему имеешь ты, Демид? Я что-то не пойму…
— Я дал слово Ольховской еë защищать и поддерживать. И намерен его держать. Кто-то же должен держать слово в нашей семье?
Встаю из-за стола.
— Поздравляю тебя отец. Первый внук. Может так случиться, что и последний. Давай попробуем его сохранить. Иначе, зачем все эти долгосрочные проекты, на которые мы тратим все ресурсы?
— Не последний! Легко забацаю еще парочку, — встреёт Родион.
— Швалям своим? — не выдерживаю я.
— Забацать ума не надо. Вырасти и воспитай как Черкасова! — разражено цедит отец. — Родион, я устал от тебя, — мнет в руках салфетку и бросает на стол. — Если ты хочешь остаться в деле, возьмись за голову.
Родион скептически закатывает глаза.
— Да ладно тебе, пап! Чего я сделал-то?! Вы молодыми не были? Помиримся мы!
Ребенок важен, да. Если он родится, то история с подлогом документов Ольховской не всплывëт. А за этой историей ленивенько наблюдают наши конкуренты и партнеры. Ведь Иван Михайлович пришёл с предложением не только к нам.
Наталья незаметно убирает со стола.
— Десерт не подавать? — в растерянности прерывает нас повар.
— Оставьте его, мы позже попробуем.
В окно вижу, как Злата гуляют с Тихоном. Оборачиваюсь. Через арку наблюдаю, как Наталья выливает в раковину сок из графина. Зачем? Ловлю себя на мысли, что в последнее время она странноватая…
Глава 31. Опять ОН
Дом словно ожил, как в него вернулся Демид. Тиша то тут, то там говорит в полный голос, Барс носится по коридорам, шлифуя на поворотах, Нина Андриановна всë чаще выходит из комнаты. Пару раз даже действительно поднималась ко мне.