Меч ислама

Вы знаете тот сонет без названия из сборника его стихов, который начинается словами: «То был побег от смерти к жизни. Прыжок — и вот я словно заново рожден…»

Этот сонет был написан ночью, в садовом павильоне дворца Карретто в Генуе. В нем Просперо Адорно попытался поведать нам о том, что произошло с ним в саду и наполнило его жизнь новым смыслом.

Глава Х. ВОДЫ ЛЕТЫ

В ту июльскую ночь в садовом павильоне Просперо Адорно провалился в сон, которому суждено было стать очень долгим.

Когда он проснулся со свежей головой, ему смутно вспомнилось, что намного раньше, перед рассветом, его сон уже прерывался.

Тогда Просперо пригрезилось, что его голова превратилась в шар, наполненный болью и такой свинцово-тяжелый, что он с трудом мог приподняться на подушках. Вся его грудь была покрыта синевато-багровыми пятнами, в которых Просперо распознал характерные признаки бубонной чумы. За этим сном последовали другие, которые вспоминались лишь урывками и были какими-то бессвязными.

Однако теперь Адорно проснулся окончательно и лишь на миг испытал замешательство при виде стен из цветного мрамора, переливающегося в лучах солнца, и грациозного юного Вакха, который улыбался ему с вершины своего малахитового пьедестала.

Просперо почти сразу вспомнил, где находится.

Затем Адорно обнаружил, что диван, на который он прилег полуодетым, превратился, пока он спал, в настоящую кровать с прекрасными льняными простынями и шелковым покрывалом, а сам он необъяснимым образом оказался обнаженным. Изумляясь всему этому, он напрягся и только тогда почувствовал слабость, такую, какой никогда не испытывал за всю свою бурную молодую жизнь.

Его испуганный недоуменный взгляд встретился с глазами маленького человека, стоящего у ложа. Человек был в летах, лыс и добродушен, как старый Силен20.

— Господи, спаси меня! — воскликнул Просперо и услышал, что голос его так же слаб, как и тело. Стараясь говорить громче, он прохрипел: — Который час? И кто вы?

— Тс-с, — старик подошел ближе. — Хвала святым! Ваша душа наконец-то вернулась.

Но тем не менее ложитесь. — Он мягко заставил Просперо снова опуститься на подушки и быстро привел в порядок его постель. Холодная костлявая рука успокаивающе коснулась его лба. — Жар спал. Теперь все будет хорошо. Мужайтесь, мой господин!

Просперо вытаращил на него глаза.

— Но чем же я болен? И который час? — снова спросил он. Кроткое морщинистое лицо старика осветилось улыбкой.

— Уже почти полдень и праздник Святого Лоренцо — десятое августа.