— А что там на вершине?
Кейн так торопливо рассказывал о развалинах в кратере и о поднебесном храме, что его постоянно прерывали и задавали вопросы. Но капитана больше всего заинтересовал обезьяний проход и карниз наблюдательный пункт.
— И другой дороги вниз выне нашли? — настаивал он.
— Нет, кроме этой обезьяньей дыры. А она может вовсе и не вести вниз. Но в храме нет следов людей. Тот, кто принёс приношение, не проходил через него…
— Но даже если бы вы нашли тропу, которой он пользовался, — заметил Лоренс, — наверное, не стоило по ней идти.
Так что с их стороны вполне нормальна была бы засада на тропе. Если мы собираемся навестить долину за горой, лучше, по–моему, пройти южнее, через тот открытый участок, который вы заметили. Я предпочитаю сражаться на открытой местности.
Ван Блеекер. не вполне убеждённый, хмыкнул.
— Хорошо. Сначала попробуем ваш путь — приблизимся с фронта. Если не получится, поищем горную дорогу. Заднюю дверь часто бывает легче открыть, чем переднюю…
— Послушайте, — вмешался Сэм, — вы все как будто считаете, что нас ждёт схватка…
— Всё об этом свидетельствует, — сквозь обычную вежливость Лоренса пробивалось усталое терпение.
— А что если они просто боятся нас? — предположил нисей. — Боже, да они могут быть потомками парней, построивших этот храм. Может, они никогда раньше, до появления «Самбы», не видели белого человека. Не лучше ли сначала узнать, кто они такие, прежде чем пускать в ход пулемёты?
— Возможно, Сэм прав, — согласился, едва ли не почтительно, Кейн. — Мы слишком долго сражались и потому…
— Считаем, что силой можно решить любую проблему? — подхватил Лоренс.
Вернувшись на «Самбу», Лоренс принялся на плотной бумаге чертить карту острова.