Коршунов едва успел заскочить внутрь и закрыть люк, когда в то место, где он только что находился, ударила мощная когтистая лапа. Молодая особь еще не до конца отрастила когти, и только по этой причине броня БТР пока держалась под могучими ударами.
Я понимал, что ничем не могу помочь. Стоит мне только дать очередь из автомата и переключить внимание монстра на себя, я не проживу и секунды — росомаха двигалась стремительно и убивала мгновенно.
Мощные удары сотрясали БТР. На бортах и крыше появились вмятины. Один из верхних десантных люков был продавлен и между крышкой и корпусом появился большой зазор.
Я почувствовал, как Коршунов, используя остатки маны, молниеносно подготовил заклинание, связанное с аспектом воздуха.
Я бросил ей вслед последнюю светошумовую гранату и пустил очередь из автомата, но все это не произвело на обезумевшую тварь совершенно никакого эффекта. Росомаха вскочила на крышу БТРа и занесла лапу для удара по открытому люку.
И вдруг я услышал громкий хлопок, а в следующий миг руку монстра оторвало от тела, еще хлопок — и голова росомахи разлетелась кровавыми ошметками в разные стороны. Обезглавленное чудовище дернулось и мешком скатилось с брони в придорожную канаву.
Я с облегчением вздохнул и опустил автомат. Наша БМП подоспела в самый последний момент. Из задних десантных люков выскочили пятеро бойцов и, рассредоточившись вокруг боевой машины, медленно двинулись рядом с броней к нашему БТР.
Из вырванного десантного люка вылез злой Коршунов и, глянув на десант БМП, смачно матюгнулся и проорал:
— Хрен ли так долго?
Бойцы сразу поняли, что опасность миновала и опустили гранатометы. Они всеми силами пытались скрыть счастливые улыбки. Как бы не орал на них Степан Иванович, но они рады были увидеть его живым.