Сразу вслед за этим последовало два тяжелых удара. Маркус на секунду замер, а потом резко обернулся. Волосы на его загривке зашевелились от увиденного. Двое его охранников лежали на земле. Их багровые лица, выпученные глаза и высунувшиеся языки ясно говорили, что их только что, буквально за секунду задушили. Но такого не может быть! За такой короткий промежуток времени человек просто не может задохнуться и умереть.
А самое страшное было в том, что третий его охранник, Федор, стоял рядом и безучастно смотрел на происходящее.
Маркус выхватил из кобуры пистолет и направил на охранника, потом на привязанную девку, а затем снова на Федора.
— Что ты стоишь, идиот⁈ — истерично заорал граф.
Федор равнодушно посмотрел на Маркуса, пожал плечами и снова как ни в чем не бывало погрузился в тяжелые раздумья.
— Что за хрень тут происходит? — ошарашенно пробормотал граф и направил пистолет на пленницу.
Та все так же ехидно улыбалась, словно и не была сейчас привязана к сетке, а сидела в опере и наблюдала за представлением.
— Ну все, паскуда, ты меня достала! — воскликнул Ломов и нажал на спуск.
Раздался громкий выстрел, и… ничего. Было такое ощущение, что пуля в полете куда-то пропала, так и не достигнув цели. Это был точно боевой, а не холостой выстрел. Маркус чувствовал это по сильной отдаче. Но факт оставался фактом: пуля не попала в девчонку, не срикошетила, не взрыхлила фонтанчиком землю и не пробила опалубку. Она просто исчезла.
Ломов взвыл, как раненный зверь, и начал истерично давить на спуск.
— Да что б ты сдохла! — воскликнул Маркус, отбрасывая бесполезный пистолет и устремляясь к бетономешалке.
Внезапно Федор вышел из ступора и резво схватил своего хозяина за шкирку.
— Что ты творишь, придурок? — Его глаза изумленно уставились на Федора.
— Курицу или рыбу? — пробормотал в ответ охранник, буравя стеклянным взглядом своего господина. При этом он совершенно беспардонно схватил графа за руку и оттащил подальше от бетономешалки.