— И я попытался изобразить на своем лице вполне дружелюбную улыбку.
— Благодарю вас, Александр Андреевич, — задумчиво покачивая ногой, проговорил генерал-губернатор. — А насчет самих князей Филатовых: мы, конечно, бывает, встречаемся с ними на различных приемах, но не сказал бы, что я с кем-то из них на короткой ноге.
Вот так незатейливо и просто, лишь только почувствовав угрозу для своей репутации и высокого положения, генерал-губернатор открестился от близкого знакомства с князьями Филатовыми. Я был уверен, что этот непринужденно запущенный слух, который, впрочем, полностью соответствовал действительности, вскоре распространится по Петербургским гостиным и ударит по репутации ненавистного мне княжеского дома.
Сам же князь Михаил Алексеевич Филатов и его цепные псы, которые принимали непосредственное участие в издевательствах над Ольгой и ее убийстве, были моими основными целями на этом этапе. Их ждала самая незавидная участь.
Глава 8
Дверь, на которой было сосредоточено внимание всех гостей, на секунду приоткрылась и из нее выскользнула бледная, но при этом весьма довольная Елена Михайловна.
Граф Доронин отдал какое-то приказание лакею и тотчас направился к брату, который продолжал угрюмо восседать на диване в стороне от собравшихся.
— Андрей, у тебя родился сын! — радостным голосом заявил Петр Филиппович. — С Анной Петровной все в полном порядке. Ее сейчас вместе с младенцем увезут в клинику доктора Боткина.
— Какой позор! — простонал Андрей Филиппович и обхватил руками голову. — Большего унижения в жизни я еще не испытывал.
— Ну что ты такое говоришь, братец? — ободряюще похлопал его по плечу Петр Филиппович. — Окстись! Ну и что с того, что Анне Петровне вдруг так неожиданно и несколько раньше по времени пришел срок произвести на свет дитя? Радуйся, что все прошло хорошо, и оба они в добром здравии сейчас отправятся в больницу.
— Но не на виду же у всего света! — прошипел, пронзительно глянув на брата, Андрей Филиппович. — И что это князю Зубову вдруг вздумалось устроить из этого спектакль? Это неслыханно! Это уже выходит за все мыслимые рамки приличия.
— С начальством лучше не спорить, Андрей. Ты же помнишь, скольких усилий мне стоило устроить тебя адъютантом его превосходительства? Давай простим ему этот маленький каприз.