У каждой кровати столик с небольшой полкой. К большому облегчению, он увидел свой лэптоп на полке столика под цветами.
Хоан схватил его и включил, к счастью, аккумулятор еще не разрядился. Он открыл документ, над которым трудился в купе поезда, и перечитал его, очень довольный. Там было достаточно материала, чтобы дать «Орес дель диа» то, за что ему платили деньги.
Немного подумав, Хоан взял мобильник и позвонил Монтсе Виго. Черт возьми, он покажет ей, что нужно нечто более серьезное, чем кровоизлияние в мозг, чтобы остановить ее звездного репортера.
– Спасибо за тюльпаны, – было первое, что он сказал.
– О-о, Хоан Айгуадэр, прекрасно. – Она была удивлена или раздражена из-за того, что ей помешали? Но ведь она сама попросила, чтобы он ей позвонил. – Мне только что сообщили из больницы, что ты очнулся, – продолжила она. – С тобой все в порядке?
Он улыбнулся. Наконец-то состояние его здоровья что-то значило для мадам.
– Да, спасибо, – ответил он. – Немного кружится голова, но это все.
– Это меня радует. Ты прочитал карточку, приложенную к цветам?
Он посмотрел на тюльпаны. Маленькое белое пятно среди зеленых стеблей – это карточка, что ли?
– Нет, еще нет.
– Ну и ладно, раз мы уже разговариваем. Я скажу тебе все сама.
– Да-да, но сначала я хотел бы сообщить, что мне, конечно, очень жаль, что я пропустил один день, но я уже на коне.
– Мы знаем, Хоан. Мы ее уже опубликовали. Немцы прислали нам ее, немного отредактировав. Поэтому спасибо.
Хоан вскинул брови:
– Вы ее опубликовали?
– Да. Разве не за это мы платим тебе деньги?
Он не мог понять, радоваться ему или нет.
– Но то, что мы печатаем в «Орес дель диа», немцев не касается, поэтому мы больше не потерпим цензуры, – сказала Монтсе Виго.
"– Да, но у меня такая договоренность с немецкой разведкой. Мне не разрешат приблизиться к Галибу, если я не буду следовать их правилам игры. Они меня попросту задержат.
– Вот поэтому мы и отстранили тебя от этого дела, Хоан Айгуадэр. Мы назначили для дальнейшей работы двух наших штатных журналистов. Наши тиражи растут, доходы тоже.