– Меня зовут Заид аль-Асади, – тихо начал он.
Уже начало ошеломило Карла. Заид? Аль-Асади? Какого черта? Он не уверен, что сможет это выговорить.
Похоже, Роза заметила его реакцию.
– Асад останется Асадом, Карл. Пусть он рассказывает.
Карл озадаченно качал головой. Можно подумать, он все эти годы только об этом и мечтал. Но Заид? Неужели он должен теперь называть его так?
– Мы ведь, наверное, все согласны, что Асаду надо дать время, сколько бы его ни потребовалось, чтобы он нашел свою Марву? – сказала Роза.
– Черт побери, ну конечно, – буркнул Карл.
Карл повернулся к Гордону и Розе. Неужели у этой железной женщины в глазах стояли слезы? А Гордон, смотревший на нее с нежностью, был похож на подросшего утенка, который в конце концов забрался под крылышко мамы-утки. Хотя габариты Розы существенно изменились, она все еще была способна расшевелить это анемичное существо, и это было очевидно.
Карл сделал глубокий вдох, потому что следующий вопрос был весьма рискованным.
– Асад, ты должен понять, почему я спрашиваю прямо. Значит ли это, что все, что ты говорил нам о себе, было обманом? Я, конечно, прекрасно знал, что в прошлом у тебя были большие проблемы, о которых ты не хотел рассказывать, что у тебя много тайн. Но твой странный язык, всякие недоразумения, болтовня о Сирии. Что тут правда и вообще кто ты такой?
Асад выпрямился, сидя на стуле."
"– Я рад, что ты спрашиваешь меня, Карл, иначе все было бы слишком сложно.
Карл удивленно посмотрел на него. Неужели в нем еще сохранились остатки юмора?
– Другие верблюды сочли его ненормальным и стали издеваться над ним, а бедуинам было невыносимо слушать этот ломаный арабский язык, который звучал ужасно. Все закончилось бифштексами.
Он улыбнулся, затем снова стал серьезным.