Медовый месяц с чужой женой

Но он же обещал не трогать. И не трогал. Чего я тогда боюсь?

Мне ничего не оставалось, как довериться и пытаться разговорить его. Нужно найти что-то общее, показать, что мы похожи… хоть в чём-то. Чтобы зверь открылся, нужно показать ему своё доверие. Я решилась рассказать то, о чём мало кто знает.

— Да, очень мечтала… — провела пальцами по глянце фотографии. — Когда ещё отец был жив, мы планировали поехать в Японию. Папа обещал показать мне всё, о чём рассказывал…

Я делилась с монстром несбывшимися планами и рассеянно листала папку.

Документы, ксерокопии, иероглифы. Медленно до меня доходило, что в моих руках компромат. На Дорогова. Мамочки! Причём, понимая, что именно здесь написано, начинала осознавать, какой страшный человек — отец моего мужа. Теперь я видела, почему Витя так трясся над проигранным казино! И открытие повергло меня в шок.

Прочитав информацию о прокручиваемых через счета тайных обществ Японии сумм, до меня дошло, что именно означали слова Виктора: «Приносит прибыль само по себе».

Казино Дорогову было нужно лишь для того, чтобы отмывать деньги Якудза! Разумеется, Дорогов старший не пощадит и собственного сына, если тот подставит его. И тем безумнее казалось решение Виктора поставить на кон это заведение. Неужели, он был так уверен в победе? А Макс? Заманил моего мужа в смертельную ловушку и не оставил выбора. Вопрос, зачем Витя нанял убийц, теперь отпал. Но вопрос о жестокости моего палача остался открытым…

Я едва могла дышать, боялась поднять глаза.

Макс очень давно и пристально следит за Дороговым. Честенер хочет уничтожить этого человека, раздавить его империю, и от этих мыслей я леденела еще больше. Я лишь пешка, жалкая пешка, с помощью которой Макс хотел подобраться к Дорогову! Монстр рассчитывал, что Витя побежит к папочке и подставит его перед якудза? Но мой муж нанял убийц, пытаясь скрыть следы своего промаха.

Глядя на документы, я окочательно избавилась от иллюзий. Витя не отступится, пока не убьёт меня. И Макса.

Даже сын не посмеет «огорчить» такого человека, как Владимир Дорогов.

Закрыв документы, я спокойно положила их на столик. Макс молчал, а я с ужасом прочитала надпись на обороте папки. Девятнадцатая… То есть, у монстра есть ещё восемнадцать?

Взгляд Макса будто касался моей кожи, выжигал на мне клеймо. Зря я сунула нос в чужие дела. Страшные дела! Но при этом, рассматривая документы, не могла не отметить множество ошибок, которые допустил переводчик.