– И не нужно, – улыбнулся Степан, расслышавший мои слова, которые, в общем-то, не предназначались для его ушей. – За окном буран, а дома хоть и не холодно, но все же лучше одеться потеплее.
– Ты последи за духовкой, – попросила я Степана. – Утка будет запекаться еще час, но на всякий случай. А я пока душ приму…
– Все будет хорошо с уткой, не беспокойся, Тая.
– Ну, если сверху начнет сильно подпекаться, ее нужно накрыть фольгой!
– Я и с черной корочкой съем, – засмеялся он.
Уловив хорошее настроение хозяина, Леся подскочила к нему и оскалилась в улыбке, высунув язык.
– Вот видишь, уже попрошайничать начала. Место, Леся, – суровым тоном сказал Степан.
Та послушно побежала к Волку и Дикому, но, судя по походке этой девочки, в строгость Степана она сегодня не верила и знала, что скоро ее накормят чем-нибудь непривычно вкусным. Зря, что ли, так ароматно пахнет на весь дом?"
"Быстренько приняв душ, я озадаченно уставилась на полки шкафа, где успела разложить свой скудный гардероб. За прошедшие три месяца я приобрела лишь самое необходимое, и то в небольших количествах.
Теперь, пока я пробегала пальцами по сложенным на полках вещам, я почувствовала внезапное желание очутиться в гипермаркете и купить себе что-нибудь симпатичное, какое-нибудь праздничное платье или красивую блузку. Смогу ли я когда-нибудь еще открыто и не боясь, что меня заметит кто-то знакомый, пройтись по бутикам и выбрать те вещи, которые понравятся мне самой, а не ему? Официально я теперь была мертва.
Я надела темно-коричневые плотные брюки и бежевый свитер толстой вязки. Он был единственной более или менее светлой вещью в моем гардеробе и с натяжкой тянул на праздничный наряд.
Высушив волосы, которые я покрасила несколько дней назад, я с удивлением смотрела на свое отражение. Темные круги под глазами исчезли.