Как они могли? Сыграть на самом болючем? Как они, сука, могли? Втоптать в грязь все, чем она жила. Превратив каждый ее день в неправду?
– Я могу вам чем-то помочь? – спросила девочка за небольшой и очень-очень скромной стойкой ресепшена.
– Мне нужен номер.
– У вас зарезервирован?
– Нет.
– Ничего страшного. У нас есть свободный. Полулюкс с видом во двор. Вам на какой срок?
– Я не знаю. Давайте пока на эту ночь, а там разберемся.
У Лизы не было ни вещей, ни даже просто белья на смену. Она упала на кровать. Подняла лицо к потолку.
Лиза заставила себя встать. К удивлению, в этой гостинице на задворках мира в шкафу оказался даже халат. Не без труда она разделась. Шагнула под душ, сделала воду погорячее, а потом долго-долго с остервенением себя терла.
Проснулась – не поняла, ни где она, ни что происходит. В дверь отчаянно колотили. Лиза было решила, что это кто-то из соседей ошибся номером по пьяни. Но тогда почему этот кто-то орал голосом Яра?
– Убирайся! – сказала она, так и не открыв двери.
– Лиза? – Яр осекся. – Господи, боже, с тобой все хорошо.
Тут уж Лиза не выдержала. Открыла.
– Хорошо? Ты действительно думаешь, что со мной все хорошо? – захохотала."
"– Я тебя весь день искал. Мне Первый позвонил, а ему твой Дубильет. Потом уж я твоей свекрови наяривал… Пока вытряс из нее что да как, пока обзвонил всех знакомых, родных… – бормотал Яр, трясущейся рукой убирая со лба упавшие пряди и медленно продвигаясь вглубь номера.
– У меня нет!
– Что?
– У меня нет знакомых. Как выяснилось, я никого из своего окружения не знала. И родных нет. Понял? А теперь убирайся.
Голос Лизы дрожал. Она вся как осиновый лист дрожала. И все же это было не равнодушие. Слава богу, что нет. Это была злость, которой она никогда прежде не испытывала. Ярость. Раскаленная добела.
– Послушай, я все понимаю, милая. Но тебе не нужно здесь оставаться. Там твои родители волнуются, свекры… Малой орет.