Я улыбнулась, а после устало прикрыла глаза, вслушиваясь в размеренное сердцебиение Лоренса Блэквуда, который вновь прижимал меня к себе, подняв на руки.
Не передать словами то облегчение, которое я испытывала сейчас…
Я была так счастлива, что все проблемы с отчислением показались сущим пустяком. Мы были вместе, рядом. Я чувствовала запах вереска и лаванды, что окутывал меня со всех сторон, позволяя окончательно расслабиться в сильных руках того, кому готова была отдать всю свою жизнь.
Теперь все и правда будет иначе…
Мы оба это заслужили.
Эпилог
Три года спустя…
— Мерзавец… — прошептала на выдохе, ощутив властные руки на своих обнаженных бедрах, что нагло проникли под одеяло.
— Скажи это ещё раз, Фрэйз… — угрожающе произнес Лоренс, явно вспоминая годы в академии."
"— Мой мерзавец! — возбужденно повторила я, и в следующее мгновение меня настигло желанное наказание.
Горячие губы скользнули вниз по моей шее, а ловкие пальцы проникли под тонкое кружево моих трусиков, чтобы в следующее мгновение сорвать их с меня одним рывком и нагло проникнуть во влажную глубину.
Я издала сладостный стон и томно прогнулась в пояснице, позволяя своему мужу делать все, что он захочет.
Жизнь невероятно удивительная и непредсказуемая вещь…
Порой там, где не ждёшь, ты обретаешь счастье, а любовь настолько коварна, что приходит к тебе в обличии ненависти.
Плод нашей невероятной истории любви сейчас сладко спала в маленькой кроватке за соседней стеной роскошного особняка, пока ее мама и папа наслаждались друг другом этим ранним утром.
После рождения нашей Вивиен, или как мы ласково звали ее Виви, я завершила обучение в другой, менее престижной академии и получила сертификат. Теперь я собиралась открыть свое агентство и продолжить дело отца. В то время как Лоренс, заняв свое законное место, успешно вел дела в своей компании, которую переименовал в честь матери.
Мы были счастливы. Наша связь усилилась, позволив нам еще лучше чувствовать друг друга…
Но, несмотря на это, эмоции по-прежнему кипели между нами, накаляясь в моменты ссор, что неизбежно приводило к битой посуде или подпаленным шторам, и это порой дико возбуждало.
Очередной стон сорвался с моих губ, и я блаженно закрыла глаза, чувствуя, как твердый налитый член Лоренса медленно входит в меня, пробуждая трепетную дрожь.
Он, как и прежде, заставляет меня задыхаться от наслаждения в своих руках, вынуждая забыть ужасные моменты прошлого, которые сейчас казались всего лишь плохим сном.