Мерзавец…
Но только мой!
Я кусала губы, не чувствуя себя порочной, грязной или безнравственной, словно всё, что происходило сейчас в этой комнате было правильным и нужным. Я сходила с ума от тех ощущений, что дарил мне этот мужчина, и желала раствориться в них без остатка.
Я стонала, извивалась, молила о продолжении…
И когда палец зашел глубже, кончила с приглушенным стоном, не в силах выдержать все это.
Но Блэквуд не остановился.
Он продолжал терзать мое тело, словно не мог насытиться им на протяжении всей ночи.
Менялись позы, места в комнате, звучали слова, произнесенные в пылу страсти, пока мы оба не уснули на его широкой постели, изможденные и уставшие, окончательно удовлетворенные друг другом.
Думать о том, что будет завтра, не хотелось. И я уютно уснула в объятиях того, кого ненавидела всей душой.
Вот только помимо ненависти я испытывала и другое, невероятно пылкое и опасное чувство, в котором наконец-то смогла признаться себе, и в котором никогда не смогу признаться ему первой…
Ведь это может меня уничтожить.
* * *Утро наступило внезапно.
Меня разбудил яркий солнечный свет, что резко проник в комнату из окна сквозь распахнутые шторы.
— Фрэйз, мы опаздываем, — сдержанно произнес Блэквуд, и я приподнялась на подушках, взволнованно оглядываясь по сторонам. — Уже восемь утра.
— Сколько?! — воскликнула, пытаясь отыскать взглядом часы. — Почему у тебя не сработал будильник?
— Я им не пользуюсь, — кратко ответил он, и я закатила глаза, кажется, ничуть не удивившись.
Лекции начинаются полдевятого, если мы оба на них опоздаем…
Будет катастрофа!
Я вскочила с постели и стала отчаянно искать свои вещи.
Как так получилось? Я не планировала оставаться у него ночевать, мне нужно было вернуться в комнату.
Зачем я тут уснула? Зачем вообще к нему пришла?!
Кошмар!
Лоренс спокойно стоял у окна, опершись бедром о подоконник, и с интересом наблюдал за мной, сложив руки на груди.
В отличие от меня этот мерзавец был уже полностью одет и подвязал волосы в очаровательный хвост на затылке, с выбившимися прядями по обе стороны от лица.
Наверняка еще и душ успел принять, вот же…
Он иронично вскинул бровь на мой укоризненный взгляд, и на его губах отразилась надменная ухмылка.
— Почему не разбудил раньше? — возмутилась, все еще пытаясь отыскать свои трусы.
Позорище…
— Под стулом посмотри, — многозначительно кивнул он в сторону предмета мебели, на котором этой ночью…
Так, нельзя об этом думать. Только не сейчас.