Кира даже пожалела, что ей пока что лично не довелось познакомиться с такой выдающейся личностью.
— Вы нам поможете? — раздался голос Кати.
Кира очнулась от своих мыслей и посмотрела на девушку. Та смотрела на нее почти как на мессию, явившегося, чтобы спасти ее и подругу от грозящей им кары.
— Помогу! — помимо воли вырвалось у Киры.
— Спасибо! — расцвела Катя. — Я была уверена, что вы так скажете! Понимаете, моя Катюнчик просто спасала наши жизни. Ее нельзя за это осуждать.
В этом Кира была с ней согласна. Однако надо было подумать и о Ларисе.
"Ведь вполне может статься, что раз этот Ваго был такого рода отвратным типчиком, то его смерти могли желать и другие люди? Могли ведь! Определенно могли! И, возможно, эти люди были далеко не такими приятными, как эта бедная белокурая овечка, снова рыдающая на диване, и ее энергичная подруга? Так что стоит Кире найти такого человека или людей… И вполне возможно, что эти люди не только желали смерти Ваго, но и предприняли ряд попыток для осуществления своего замысла.
Так почему бы им не ответить за смерть недруга? В конце концов, желать кому-то смерти — уже грех. Конечно, что-то в рассуждениях Киры было коряво, она и сама это прекрасно осознавала.
И вообще, вдруг им повезет, и за возможными недругами Ваго найдутся и другие преступления? Тогда они сядут за них, а убийство Ваго возьмут на себя… Почему? Ну, хотя бы из простой любезности. Интересно, встречаются еще любезные преступники? Но вообще-то, какая им разница, сидеть за смерть пятерых человек или за убийство шестерых.
Но для того чтобы этот чудненький план привести в исполнение, этих самых недругов покойного Ваго надо было еще найти. И Кира решила заняться поисками немедленно.
— Я пойду, — сказала Кира, обращаясь к Кате, которая уже не рыдала, а о чем-то сосредоточенно думала. — У меня еще дела! Обещаю, что в милицию я не пойду.
— Подождите! — вцепилась в нее Катя.