– Это хорошо, – кивнул Брэндон, с любопытством рассматривая Арти, который, даже не догадываясь о присутствии посторонних, вертел в руках игрушечную машинку, тщательно её ощупывая. – А то все остальные дети растут слишком медленно. Раньше я играл с Льюисом, но теперь он стал совсем маленьким. Сейчас мы играем с Эриком и близнецами, но я и их уже перерос. Арти, конечно, младше их, но он будет расти вместе с нами, и это хорошо. Так намного проще.
– Думаю, Арти тоже будет рад тому, что у него появятся друзья, – ответил мальчику Кристиан.
– Мы подождём, – кивнул Брэндон.
– А теперь мы можем поехать смотреть поросёночков? – Лора подёргала брата за футболку.
– Езжайте, – рассмеялся Кристиан. – Может быть, мы попозже тоже съездим на них посмотреть.
Дети выбежали из дома, сели на велосипеды и куда-то умчались. А мы втроём уселись есть подаренную клубнику, и Кристиан рассказал мне историю, объясняющую присутствие чистокровных детей в закрытом сообществе, куда, вообще-то, допускаются лишь избранные, как правило – только жёны.
"Оказалось, что более двадцати лет назад, обе семьи, объединившись, расправились с некой тайной организацией, которая в течение долгого времени выискивала, похищала, изучала, а потом уничтожала людей с паранормальными способностями, и тех, кто такими притворялся, а так же членов их семей. И долгое время организаторам-фанатикам это сходило с рук, пока они не совершили роковую ошибку – похитили двух юных родственниц Кристиана. Все филиалы этой организации были захвачены членами двух семей, исполнители переданы в руки властей, а организаторы казнены.
В процессе захвата филиалов организации, было спасено более дюжины пленников, капля в море по сравнению с сотнями убитых, но всё же эти люди остались живы, и все будущие потенциальные жертвы – тоже. Большинству из них помогли начать новую жизнь среди людей, но трое спасённых нашли свой дом в Долине.
Первой была Эбби.
– Когда мы нашли её, она была умирающей от истощения древней старушкой.
– Ужас! – Я-то прекрасно понимала, что такое половинки, и искренне посочувствовала Ричарду. – Но Эбби жива! И она совсем молодая. То есть – выглядит молодой.
До меня дошло, что мы с Эбби, оказывается, вовсе не ровесницы.