Рассказала, что мы должны будем слетать ненадолго обратно в Атланту – это нужно для того, чтобы он поскорее стал нашим с Кристианом мальчиком, и никто-никто не смог его у нас забрать. Он уже понимал, что семья Кристиана – особенная, и об этом никому нельзя рассказывать, но я объяснила ему, что это относится и к «волшебному лекарству» – никто не должен знать, что оно есть и помогает ему выздоравливать, поэтому нам придётся притвориться, что видеть и нормально ходить он, как и прежде, не может. Я честно описала, что для этого понадобится, и Арти согласился потерпеть и заклеенные глаза, и неудобные ботинки.
Рассказала я и о том, что вместо Кристиана с нами полетит Морган. Арти удивился, он знал Моргана, и не понимал, как же их с Кристианом можно перепутать, ведь Морган твёрдый, а Кристиан мягкий, и пахнет вкуснее, и вообще – они совсем-совсем разные. Пришлось сказать, что люди, к которым мы поедем, почти не знакомы с Кристианом, и никогда его не щупали и не нюхали, и вообще, они вовсе не такие наблюдательные, как он, поэтому поверят.
Ну и пришлось сказать, что про Эмму, про то, что она тоже живёт здесь, в Долине, никому говорить нельзя. Конечно, я не думала, что малыша про это будут расспрашивать, с чего бы? Скорее всего, спросят через сурдопереводчика, хорошо ли ему в семье живётся, вот и всё, а возможно, достаточно будет просто его присутствия. Но лучше предусмотреть все случайности заранее.
Мы с Арти сходили к большому дому, он немного поиграл с другими детьми, а я пообщалась с Эбби и Рэнди, и полюбовалась малышкой Лили, которая, по уверениям Гейба, была самым гениальным младенцем из всех, им виденных, поскольку уже вовсю ему, своему папочке, улыбалась.
Ближе к вечеру Питер, ещё один оборотень, отнёс нас с Арти к Кристиану.