Теперь только мне позволено называть его Арти, для остальных он Артур, где-то лет с восьми, с тех пор, как я рассказала ему о том, в чью честь дала ему имя. Артур Гамильтон – под этим именем его знают все окружающие. Когда, перед нашим переездом из Долины в Сан-Франциско, один из родственников моего мужа делал нам новые документы, я восстановила справедливость, и теперь Арти носит фамилию нашего отца. Хотя из-за болезни он вначале заметно отставал в развитии, но очень старался, много занимался, так что в седьмой класс пошёл вместе со своими ровесниками.
"Его всегда тянуло вдаль, ввысь, вновь обретя отобранное судьбой здоровье, он словно раскрылся, словно вышел из тюрьмы, стремясь расширить свои горизонты. И ничего удивительного, что под руководством Кристиана и его родственников, и к моему ужасу, который я очень старалась скрывать, Арти научился водить вертолёт в двенадцать лет, а самолёт – в пятнадцать.
– Уснула, – шепнул Кристиан, поудобнее устраивая дочь на левой руке, словно в колыбели.
Организм нашей малышки пока ещё требовал дневного сна, причём дважды, чем она была очень недовольна, ведь вокруг было столько всего интересного. Она старалась оттянуть сон, сколько могла, а потом просто выключалась, на что способны только очень маленькие дети. Я с улыбкой поправила панамку дочери, чтобы солнце не падало на лицо, а потом пристроилась мужу под бочок.
– Кстати, об Арти. Он прилетит не один, а с Лорой. У неё тоже отпуск, она побудет у нас эти дни, а потом вместе с нами отправится в Долину.
– Я так понимаю, комнату в Большом доме ей готовить не нужно? – тихонько рассмеялся Кристиан.
– Откуда ты знаешь? – удивилась я. Мне самой-то Арти лишь сегодня, смущаясь, сказал по телефону, что Лора остановится у него в коттедже.
– Думаешь, я не в курсе, с кем он проводит всё свободное время между рейсами, когда находится в Нью-Йорке? – Кристиан насмешливо прищурился.
Да, к нашему удивлению, мой братец и старшая дочка Стейси и Кайла, похоже, стали парой.