Или она просто понимала, что эта встреча невозможна, поскольку грозит разоблачением тайны нашей семьи, потому и не проявляла желания встретиться с сестрой. Знала, что Трэвис ни в чём не сможет ей отказать, а это опасно.
Иногда я думала, как было бы здорово, если бы Сабрина оказалась чьей-то половинкой. Тогда они с Эммой могли бы познакомиться, ведь в тайну были бы посвящены они обе. Но когда я поделилась этой мыслью с Кристианом, он сказал, что будь Сабрина чьей-то половинкой, это обнаружилось бы ещё в детстве, когда она могла умереть, ведь из прошлого опыта стало ясно, что обычно свою человеческую половинку бессмертные встречают уже взрослой, и единственное исключение из этого правила – девочке грозит гибель, и лишь встреча с половинкой может спасти её жизнь.
Я возразила, что реальная опасность Сабрине не грозила, ведь Трэвис и так принял решение спасти её ради Эммы, присутствия половинки для её спасения не требовалось. Так что я продолжала ждать и надеяться, но сейчас девушкам было уже по двадцать пять, и моя надежда на сказку для Сабрины начала таять.
В отличие от Арти, постоянно рвущегося «за горизонт», Эмма предпочитала «уютную норку», где всё знакомо. Неизвестно, наложило ли свой отпечаток на её характер сиротское детство и тяжёлая болезнь, державшая её в темнице собственного тела, или же она просто родилась такой, но Эмма предпочитала жить тихо и замкнуто, довольствуясь обществом своей половинки и их малышек. Как бы то ни было, она была счастлива в своём уютном мирке, а обожающий муж делал всё, чтобы его девочке было хорошо.
Я была за них рада, хотя и чуть-чуть завидовала тому, что осенью у Эммы родится ещё один малыш, а мне этого события ждать ещё одиннадцать лет. Но я утешалась тем, что дети Эммы вырастут быстро, ведь маленькие гаргульи почти ничем не отличаются от людей, а Бри останется моей малышкой ещё очень долго.
– В середине лета родители Эммы выйдут на свободу, – Кристиан, похоже, тоже вспоминал историю двадцатилетней давности. – Как ты думаешь, Сабрина захочет их видеть?
– Не знаю, – я пожала плечами.
– Возможно, они раскаялись, – задумчиво покачал головой Кристиан. – Кто знает, возможно, она простит их. Если человек осознал свою вину и действительно жалеет о том, что совершил, думаю, ему нужно дать шанс. Каждый заслуживает второй шанс.
– Наверное, – кивнула я. – В любом случае, сейчас гадать нет смысла. Возможно, позже мы всё узнаем.