– И она снова в положении?
- Они с мужем не теряют времени зря, - захихикала Шерил, но тут же осеклась, наткнувшись на взгляд сестры."
"- Миранда, батюшка хоть как-то озабочен твоей судьбой? – Присцилла снова обратила на меня свое внимание. – В таком возрасте уже тяжело найти достойную партию, но шансы еще есть. Пусть это будет немолодой вдовец с небольшим капиталом. Надеяться на что-то лучшее все равно нет смысла, а так ты обретешь дом и семью.
Я совершенно не воспринимала ее речи. Мало того, что у меня кружилась голова, и ломило виски, так еще разговоры о каком-то замужестве.
Зеркальце! Мне нужно зеркальце! Я принялась шарить руками по сидению, вспомнив, что у меня был ридикюль, в который засунула письмо.
- Что вы ищете, дорогая? – Шерил взволнованно наблюдала за мной. – Что-то случилось?
- Мне нужно зеркальце, - попросила я, и женщина ласково сказала: - Сейчас, у меня есть с собой.
Она порылась в своем ридикюле и протянула мне круглую коробочку, покрытую эмалью.
Дрожащими руками я открыла ее и поднесла зеркало к лицу.
- Ох! – этот возглас вырвался у меня непроизвольно, потому что я испытала настоящий шок.
- Дорогая, что такое? - спросила Кэнди, переглядываясь с сестрами.
- У меня… у меня… синяк на виске… - выдохнула я, глядя на синее пятнышко. Костяшки моих пальцев, держащих зеркальце, побелели от напряжения.
На меня смотрела молодая женщина чуть за тридцать с темными волосами, уложенными в простую прическу. Красивой формы брови, аккуратный нос и чувственные губы. Верхняя была чуть больше нижней, что придавало женщине немного капризный вид. На этом лице я не заметила и грамма косметики, все было натуральным и естественным. Незнакомка была мила, но если привести ее в порядок, то могла стать даже красавицей… Эти мысли промчались в моей голове испуганной птичьей стайкой.
Я несколько раз моргнула, чтобы удостовериться, что это действительно я. И незнакомка тоже моргнула, глядя на меня с той стороны зеркала карими, похожими на шоколад глазами.
- Действительно синяк! – присмотревшись, воскликнула Кэнди. – Ничего, милая, его можно слегка запудрить, а под шляпкой никто и не увидит эту безобразную отметину!
- Зачем ей пудриться? – недовольно произнесла Присцилла.