Как спалось?
— Хорошо… Даже очень… — потянулась она под одеялом. — Доброе утро! Такой аромат… Ты сварил кофе?
— Да, сварил, — кивнул он. — Вернее, кофе-машина сварила.
— Обожаю кофе по утрам!
Оживившись, она присела на кровати, подложила под спину подушку, прикрыла грудь одеялом и, заметив во взгляде Вадима недоумение, неуверенно спросила:
— Что-то не так?
— …Ты хочешь пить кофе в постели???
— А что? Чашечка утреннего кофе мне не повредит.
Прищурившись, она посмотрела на белую прикроватную тумбочку с другой стороны кровати, повернулась к своей, задержала близорукий взгляд на белоснежном постельном белье.
— Вообще-то, можно и на кухне выпить, — смутилась она, поняв, что допустила какую-то оплошность. — У тебя есть еще один халат?
— Нет.
— Свой можешь одолжить?
— Держи.
Повернувшись спиной, Катя набросила на плечи пушистый махровый халат, опустила ноги на пол.
«Холодный, — тут же отметила она. — И не только пол. Похоже, красивая ночная сказка растаяла вместе с остатками сна: ни тебе „доброго утра“, ни нежности, ни теплоты. Размечталась: кофе в постель! Судя по всему, „половина одиннадцатого“ — не что иное, как намек: пора и честь знать! Черт! Где же я оставила вчера линзы? Кажется, рядом с умывальником».
Прошлепав босыми ногами до двери ванной, совмещенной с хозяйской спальней, Катя закрыла за собой дверь, прислонилась спиной к кафельной стене и осмотрелась: просторная комната с джакузи, большой душ-кабиной, с безупречной по стилю и чистоте сантехникой и окном в полстены. С вечера все это разглядеть ей не удалось, не до того было.
«А за окном на самом-то деле серо и мрачно, — подойдя ближе, заглянула она в приоткрытые жалюзи. — Снег метет, погода — дрянь.
"Однако с душем никак не получалось. Угловая стойка в кабине, изобиловавшая краниками и кнопочками, жила своей интересной жизнью и категорически отказывалась подчиняться Кате: то холодная вода, то горячая, то больно бьющие одиночные боковые струи, то ледяной поток как из ведра. Взвизгнув несколько раз от неожиданности, она покинула кабину.