В моем роду и партизанов не было – Съехидничала другая мысль – Да и будущая жена славянка, а ты ариец чистая кровь, да как ты смеешь! – Другая мысль вдруг расплылась в такую знакомую физиономию майора, что Вальтер чуть не взвыл, но все мгновенно исчезло кто – то его тряс
Эй, ты умер? Муха тряс его за плечо
- кто учил немецкому?- Вальтер повернулся к Мухе и заговорил по-русски
- В школе, а что? – Недоуменно спросил он
- Что ты хотел меня спросить, скажи по-русски?
- Ты ранен?
-А понятно (нем)! Ты спросил, умер я (русс)
Муха недоуменно смотрел на него – А, ты!
- А я сам! – Вальтер выпрыгнул из грузовика и подошел к кузову
- Даша как он! – заговорил он по-немецки
- Потерял сознание! – Тихо прошептала Дарья, придерживая голову Грише
-Гестапо по головке не гладит – зло бросил Вальтер, поднимаясь в кузов за ним Муха.
-Ну что уходим. Вальтер тебе переодеться надо. – Муха достал из узла брюки и рубаху и отдал ее Вальтеру – Переодевайся!
Вальтер вздохнул, вылез из кузова.
- Вальтер!- Она подошла, и он обернулся. Она увидела в его глазах растерянность. – Что с тобой?
- Что с ними!?- Вальтер разжал ладонь, в ней лежала орденская планка
Вальтер! Неожиданно Дашу, словно кто подтолкнул, и она обняла его – Вальтер, прости меня!
- Да за что мне тебя прощать.- Прошептал он – За то, что я остался человеком! Я их выброшу! – Он размахнулся, но Даша удержала его руку
- Не надо! – Прошептала она – Дай мне я их сохраню! – Она осторожно как реликвию забрала у него планку и завернула в платок, и положила в карман.
- Даша, Вальтер!- Они обернулись их, уже звал Муха"
"Они сделали носилки и уложили Гришу, тот сутки, преодолевая и не замечая боль, был на ногах, а похоронив Катю, рухнул без сознания прямо на ее могилу.