– Но если бы я была одинока и некий вице-капитан некой хоккейной команды из Чикаго просто случайно начал бы источать сексуальную привлекательность и постоянно ко мне приставать, я могла бы ради этого рискнуть своей работой. – Инди многозначительно смотрит на меня с другого конца стола.
– Зандерс не пристает ко мне, когда постоянно нажимает кнопку вызова. Он просто меня мучает.
– Угу, – хмыкает Инди. – Мучает тебя, чтобы привлечь твое внимание, потому что хочет с тобой переспать.
Я храню молчание на этот счет.
– Хочу сказать, что ночь в постели с божьим даром для женской части человечества стоит риска. – Инди понимающе поднимает брови, прежде чем откусить еще кусочек от своего позднего завтрака. – И, просто чтобы ты знала, условно говоря, если ты когда-нибудь захочешь нарушить все эти границы между стюардессой и хоккеистом, я сохраню твой секрет.
Я одариваю ее полуулыбкой, благодарной, но недостаточно широкой, чтобы подтвердить или опровергнуть ее заявление.
– Условно говоря, конечно, – добавляет она, прежде чем взять еще кусочек со своей тарелки.
Я подъезжаю к дому родителей, расположенному в двадцати минутах езды от Нэшвилла, и мой желудок мгновенно сжимается от волнения. Не могу припомнить, когда я в последний раз была дома. За последние несколько лет праздники выдавались то удачными, то неудачными, в зависимости от наших с Райаном напряженных графиков работы, к тому же я явно пыталась избегать этого города.
– Эй, леди, – говорит мой водитель с переднего сиденья. – У меня есть и другие пассажиры. Вам нужно выйти.
Резонно, ведь я уже пару минут сижу на заднем сиденье его машины, нервно крутя золотое кольцо на большом пальце и подумывая о том, чтобы вообще свалить.
– Прошу прощения. – Глубоко вздохнув, я выхожу из машины и разглаживаю свой топ, чувствуя себя крайне неловко. И не потому, что я все еще сыта после позднего завтрака, а потому, что выбрала наряд, полностью выходящий за рамки моей зоны комфорта.
Ярко-розовая блузка вся в оборочках и кружевах, но все равно ужасно мятая из-за того, что лежала в моем чемодане. Да, я хотела бы смягчить неизбежные мамины замечания, но они мне явно не настолько небезразличны, чтобы беспокоиться об утюге.