Когда пальцы занемели, а тело почти перестало дрожать, Байрон отключил воду, попробовал вокруг бедер обвязать полотенце. Ничего не получилось – пальцы не слушались, и он понял, что в итоге немного переборщил с температурой. Попробовав еще несколько раз справиться с полотенцем, Атави плюнул, оставил махровую тряпку на полу, вышел в спальню и замер от неожиданности. Сначала ему в нос ударил яркий аромат Мины, потом он почувствовал ее страх, больше напоминающий ужас, и только потом увидел саму женщину.
– Байрон!
Она несколько раз моргнула, а потом подбежала к Атави, и холодную кожу обожгли горячие женские ладони.
– Что с тобой?
Он хотел ответить, что все в порядке, но ничего не получилось – замерзший язык отказался ворочаться, только зубы клацнули друг о друга.
– Как? Как это случилось? – бормотала себе под нос женщина, растирая холодную кожу на руках мужчины. – Ты говорить можешь? Надо позвать…
Она дернулась, чтобы побежать в сторону выхода, Байрон автоматически схватил девушку за запястье.
– Это же опасно. Ты ледяной.
– Это душ, – Атави кивнул на дверь в ванную. – Снять напряжение.
Он почувствовал, как в тело вернулась дрожь. Организм начал бороться с переохлаждением, а присутствие Мины этот процесс только подстегнуло.
– Напряжение? – девушка снова начала растирать его руки и искать глазами что-то теплое, замотать Атави.
Мина
Это была самая неловкая и одновременно самая глупая ситуация, в которую я только могла попасть. Уснуть не получалось. Поведение Байрона не выходило из головы, и я решила поговорить с ним наедине. Почему ночью? Просто чутье подсказывало, что мужчина не спит. Я несколько минут стояла у двери, прислушиваясь к тишине, и не понимала: то ли в доме такая хорошая звукоизоляция, то ли чутье меня подвело.
Раньше я искренне считала, что встречалась с довольно симпатичными мужчинами. Но они оказались просто среднестатистическими экспонатами в сравнении с полукровкой. Без одежды Атави оказался крупнее, чем я думала.