Теперь мне ясно, что он меня опоил и просто… воспользовался. Наверное, воспользовался, я точно не знаю. Мне было стыдно. Противно… Гадко… Больше стыда, конечно. Я не выясняла… Не хватило смелости. Во-вторых, да. Больше я его не видела.
Богдан резко свернул руль и притормозил.
— Что? Где мы… Зачем ты здесь остановился?
— Сиди. Здесь… — странно прохрипел он и выбрался из машины.
Я сидела едва дыша, не живая и не мертвая.
В бесцельном кружении по городу мы заехали на участок, где было темно и безлюдно, вдали очертания начатых в строительстве и брошенных многоэтажек.
Раздался приглушенный звук.
Я обернулась: Богдан сердито ходил и ругался, пинал колеса, даже по капоту саданул кулаком, коротко выкрикнув. Будто сходил с ума, на ровном месте.
Прошло несколько долгих минут, растянувшихся для меня в целую вечность.
Потом он устало привалился к капоту и закурил. Я вылезла: у него были прикрыты глаза, лицо безумно уставшее. От мужчины во все стороны валил пар.
— Мне прислали сообщение.
— Никак. Мы все сломали. Но если бы даже не расстались из-за этого, обязательно поругались бы из-за другого.
— Например?
— Твои походы по клубам. Общение с женщинами.
— Я же объяснял…
— И в это трудно поверить, когда я видела тебя на фото счастливым, а у тебя в объятиях очередная красотка. Я ревновала. Дико…
— Я был честен с тобой. Не изменял. Просто… — выматерился. — Да, моя жизнь активная.
— Вот видишь. Мы просто слишком разные. Ничего бы не вышло.
Я потерла ладони.
— Холодает. Отвезешь меня домой? Надо еще с сестрой поговорить.
— Само собой.
Богдан окинул меня задумчивым взглядом.
— Тебе нужна новая, хорошая одежда. Я этим займусь.
— Богдан… Я не твоя… содержанка! Меня одевать шубами не стоит!
— Ты — мать моей дочери. Я просто не хочу, чтобы ты заболела, а моя Янка лишилась любви и внимания самого дорогого человека на свете. Только и всего. Если не хочешь шубу, выберешь себе дубленку или парку. Что угодно, словом. Давай не будем спорить? Хотя бы насчет этого.