Они же теперь будут неусыпно наблюдать и за намерениями некоторых представителей высшей российской аристократии. А то вдруг еще кому-то из ваших родственничков захочется примерить царскую корону. Все же остальное, Михаил Александрович, в руце Божьей и в вашей царской воле. Прикажете закрутить гайки до скрипа, до стружки металлической – закрутят, прикажете отпустить – отпустят…
– Да, все это действительно так, – задумчиво сказал Михаил. – Только правильно у Пушкина в «Борисе Годунове» говорится: «Тяжела ты, шапка Мономаха…»
Вот смотрю я на вас, Николай Арсеньевич, и думаю – почему вы так спокойны и уверены в себе? Неужели только потому, что знаете все о том, что должно произойти в будущем?
Я улыбнулся.
– Что касается наших знаний о будущем, – сказал я, – так они с момента появления нас в вашем времени стремительно обесцениваются.
Вот и сейчас наше вмешательство резко изменило всю вашу историю.
Понимаете, жизнь приучила нас надеяться лишь на самих себя и на тех людей, которые тебя окружают. Наверное, вам это пока трудно понять, но то небольшое время, которое вы провели в составе морских пехотинцев адмирала Ларионова, должно было вам показать – на что способны люди, спаянные друг с другом общими интересами, общими мыслями, общими идеалами, общей судьбой.
– Да, Николай Арсеньевич, – улыбнулся Михаил, – именно там я понял – что такое настоящая служба.
И Михаил неожиданно покраснел, должно быть, вспомнив, свои прежние хмельные загулы с сослуживцами, пьяные пари и похождения с дамами полусвета. Я тактично промолчал, а потом сказал:
– Морские пехотинцы, конечно, ребята бравые, но вы не видели, как работают настоящие штучные «спецы». Ну, это мои коллеги, «воины племени летучих мышей».