Необходимо было проверить благонадежность дворцовых слуг и подготовить царские покои в Зимнем дворце к приезду нового императора.
А сделать это было не так-то просто. Вдова убитого Николая, Александра Федоровна, категорически не хотела покидать свои покои во дворце, заявляя, что она останется в них жить навсегда. Дескать, она не хочет уезжать оттуда, где ей было так хорошо с ее любимым Ники. Выселять ее силой не хотелось. Тем более что ни у кого рука не поднялась бы сделать это. В общем, тоже проблема.
Посовещавшись с Марией Федоровной и бароном Фредериксом, мы пришли к выводу, что пусть пока Михаил и его невеста поживут в Аничковом дворце.
Мария Федоровна почему-то сильно опасалась некоторых людей из свиты невесты ее сына. Она посмотрела на меня испуганными глазами и своим чуть хрипловатым голосом сказала:
– Александр Васильевич, голубчик, как же нам быть с этими японцами-то, когда они приедут? Бог знает, что им взбредет в голову! Ведь один из таких вот чуть было не зарубил саблей Ники, когда он, еще цесаревичем, посетил Японию.
Я успокаивал императрицу, сказав ей, что такого не повторится, и что в свите принцессы Масако люди тщательно проверенные и давшие клятву лично японскому императору в том, что они до последнего вздоха будут верны его дочери и ее мужу.
Не знаю, удалось ли мне окончательно успокоить Марию Федоровну, но она больше не заводила со мной разговор на эту тему.
Готовились к встрече императора и мои хлопцы. Мы решили помимо собственного его императорского величества конвоя припахать и наших орлов. Слухи о «пятнистых» по городу ходили разные, один страшнее другого.