Еще несколько раз видели далекие лучи шарящих по морю прожекторов и каждый раз замирали в страхе, нащупают или нет в огромном бушующем море их маленькую щепку «Арвику». Но то ли Сванте еще недостаточно прогневил Бога, то ли до него дошли молитвы рулевого, но лучи прожекторов их не заметили.
К утру ветер стал стихать. Еще не выглянувшее из-за горизонта солнце высветило туман, медленно наползающий с далекого правого берега.
– Мы где-то на траверзе Котки, – подсветив на минуту лоцманскую карту, сказал рулевой, уступая Сванте место у штурвала.
– Буду забирать правее, к большевистскому берегу, – сказал Сванте.
– Что, там вода слаще?
– Туда корабли Антанты уже не суются. Нам бы дотянуть под прикрытие большевистских пушек.
– Мы для большевиков тоже чужие. Могут свободно, не особо разбираясь, смальнуть и по нашей «Арвике».
– Ульсон обещал сообщить большевикам о нас по телеграфу.
– Ты мне тоже много чего обещал.
– Иди, поспи немного. Ты к старости становишься все болтливее. И без тебя кошки на душе скребут: зачем ввязался в эту авантюру?
– По жадности, – тихо буркнул рулевой.
Но Сванте услышал.
– Да уж не от большого ума, это точно, – вопреки ожиданию рулевого он не разгневался, а добродушно согласился.
День выдался на редкость спокойный. Они неторопливо двигались среди укутавшего их тумана. Казалось, все беды их уже миновали. Еще бы часа три-четыре такого умеренного хода, и перед носом «Арвики» уже должны возникнуть обрывистые кронштадтские берега.
Пассажиры тоже вышли на палубу и пытались что-то рассмотреть в растушеванных туманом далях.
Но вскоре с берега задул ветер, стал в клочья рвать туман, сметать его с водной поверхности. Море очистилось.
Вдруг далеко позади прозвучал орудийный выстрел. Через минуту-другую – еще один. Потом корабельные пушки зачастили. Отвечая им, слева по борту заработали мощные калибры далекой береговой артиллерии.
– Где это? – вращал головой капитан.
– Шут его знает, – отозвался рулевой.
– Может, заберем круче под берег? – спросил капитан. – Слышишь? Там вроде работает береговая артиллерия?
– Давай идти, как шли, – рулевой указал на лоцманскую карту, которую до этого внимательно изучал. – Тут куда ни поверни, везде можно нарваться на неприятности. Вот форт Ино. Чей он? А чьи Териоки? А с этой стороны, смотри, Сескар…
Орудийная перестрелка время от времени то прекращалась, а то вновь возникала с удвоенной силой.