Мне нельзя тебя любить

— Уважаемые зрители! — верещит Иван, когда режиссер объявляет «мотор». — на ваших пультах две кнопки. Синяя — за Льва Быстрицкого, красная — за Ирину Самойлову. Голосуйте!

Мы переводим взгляд на большой экран, где в режиме реального времени растут два столбика — синий и красный. Сначала мой синий вырывается вперед, но затем красный его догоняет и даже перегоняет.

— Голосование завершено! В кулинарном баттле победили Ирина Самойлова и ее борщ! — торжественно объявляет Иван.

Шестьдесят процентов за нее и сорок за меня.

Губы сами собой расползаются в снисходительной улыбке. Ну должна же Ира хоть в чем-то быть лучше меня. Пускай будет лучше меня на кухне. Я не против.

И, кстати, ее борщ очень вкусно пахнет.

— Ирина Максимовна, как прокомментируете результаты? — Иван уже возне нее.

— Оу, я польщена. Рада, что зрителям понравился мой борщ. Я варила его со всей душой.

— Лев Александрович, вы расстроились? — ведущий перемещается ко мне.

— Расстроился, что не попробовал борщ. Но ничего страшного.

Ирина Максимовна, угостите меня как-нибудь тарелочкой своего, по всей видимости, наивкуснейшего борща? — обращаюсь к ней, глядя поверх плеча Ивана.

Самойлова довольна победой, как слон.

— Как-нибудь обязательно.

— Ловлю вас на слове!

Режиссер объявляет «Стоп, снято!», и мы все дружно выдыхаем. Ира перебрасывается парой фраз с ведущим, а затем, даже не удостаивая меня взглядом, устремляется на выход. Я не иду за ней. Сейчас с Самойловой разговаривать бесполезно. Она зла за слабость на себя, а вымещать будет на мне.

Это наша не последняя встреча. Еще увидимся.

Попрощавшись с телевизионной командой, я тоже ухожу. В машине меня ждет Вика.

— Дело дрянь, — произносит сразу, как только я сажусь.

— Да брось. Логично, что на кухне победу одержала женщина.

— Самойлова не женщина, а соперник. Надо проанализировать, чем им мог не понравиться твой шашлык на вине. Самойлова варила просто борщ, который в Печорске и так все жрут каждый день. В ее рецепте не было ничего необычного.

А твой рецепт был необычен.

— Вик, успокойся. Это всего лишь сто человек из зала. Это не весь Печорск. И они выбирали блюдо, а не мэра.

— Ты не понимаешь! Через неделю передачу покажут по телевизору, и ее уже будет смотреть весь Печорск. А люди подвержены стадному чувству. Если сто человек в зале проголосовали за Самойлову, то это отложится в головах у десяток тысяч телезрителей.

— Я не думаю, что мэра города будут выбирать по борщу.