- А я сказала, да!
Понимаю, что веду себя как подросток, но все на что меня хватает – наступить ему на ногу. Сработал скорее эффект неожиданности, а не боли, так как обуви на мне не имеется. Но этого хватило, чтобы высвободить свою руку и выбежать из кухни. Попав в гостиную, хватаю с пола сумочку и пусть ненормального размера, но все же не такие уж и ужасные брюки. Теперь, когда желание поскорее уйти из этого дома увеличилось в сто крат, эти штаны мне кажутся реальным спасением, ибо в трусах я уж точно не смогу выйти.
- Далеко собралась? – выхватывает из моих рук сумочку, из которой выпадает телефон. Правда его я схватила быстрее, чем Стас. – Ты не поедешь сегодня к себе домой. Переночуешь в комнате, в которой проснулась и точка. Завтра тебя отвезут за вещами. А чтобы в субботу перед Вольским выглядела как самая счастливая и любящая жена - придется натянуть улыбку. Собаку я тебе не отдам до тех пор, пока не выполнишь задание. А если хочешь ее видеть до выполнения, возвращайся завтра на еще одну ночь сюда, Алечка.
- А зачем тебе это?
- Дай подумать…, - приподнимает одну руку вверх и тут же щелкает пальцами. - Вспомнил! Я же псих и маньячина. Мне можно чудить. Считай это моей прихотью. Новую зубную щетку найдешь в шкафу ванной на третьей полке. Утром наденешь свою высохшую одежду. Иди, Аля, а то мало ли, задницу простудишь, тебе же еще детей от кого-то рожать. Ты же так к этому стремилась… жаль, что не только со мной.
Сказать что-либо в ответ я тупо не успеваю. Стас резко разворачивается и быстро уходит не пойми куда вместе с моей сумочкой и дебильными штанами, оставляя меня наедине с собой и снова не пойми откуда взявшимися слезами. Обидно. Снова обидно, черт возьми! Смотрю на свои обнаженные ноги и, не раздумывая, по памяти, бегу наверх в комнату. Открываю дверь и глаз тут же цепляется за сонную Жулю, лежащую на кровати. Хотелось бы мне сказать, что этот гад запер собаку, вот только, видимо, она привыкла спать в его комнате, на этой самой кровати.