Сквозь пелену ярости и злобы, Слава видел покрасневшее лицо задыхающегося старика. Пальцы мертвой хваткой вцепились в горло врага. Еще секунда, и раздастся хруст. Слава ждал этот звук. Надеялся его услышать.
– Слава, млять! Отпусти ты его! – рычал Белый, оттаскивая его от Захарова. – Жива Полина! Слышишь? Мудак врет! Понял? Он врет!
Барновский не особо понимал слова. Видел только насмешку Захарова. Видел презрение и триумф в его гадких глазах. Захаров не мог соврать. Он что-то сделал Полине. Слава был в этом уверен.
– Слава, надо ехать! К Полине! Понимаешь? Она в больнице! – уговаривал Белый.
В голове у мужчины щелкнул переключатель. Надо к Полине. Надо ехать к девочке. В больнице?
– Что случилось!? – рыкнул Слава, но пальцы все же разжал.
– Пока не ясно. Похоже на сердечный приступ, но по всему – отравление, – отчитался Белый.
Слава подался вперед. Старик, кашляя и хрипя, хватался за горло, осев в своем кресле.
– Чем ты отравил мою женщину, мразь? – рявкнул Слава.
Ответа не было. Слава прищурился. Странно, но голова вдруг прекрасно начала соображать, нахлынуло осознание, что именно сейчас Славе нужно вытащить из Захарова крайне важные сведения. Жизненно важные.
Мозг выуживал различные факты, перемалывал информацию, которую Слава прочел в той самой папке, украденной из сейфа в загородном доме Захарова. А еще внезапно всплыли и другие случаи."
"Предшественник Захарова скоропостижно скончался. Крепкий мужик, без хронических заболеваний, умер от сердечного приступа.
– Я тебя заживо закопаю, если с Полиной .., – прорычал Слава Захарову в лицо и вышел из кабинета.
У крыльца здания уже ждал служебный автомобиль. А на телефонной связи – главврач той самой больницы, куда увезли Полину. Слава залпом, на одном дыхании, выложил все, что знал об отравлении ядом и о его происхождении.
Спустя восемь минут, машина Барновского уже влетела на территорию больницы. Встречали Славу в холле первого этажа. Лестничный марш будущий губернатор преодолел за секунды.
Пришлось задержаться только перед стеклянной стеной, разделившей палату и коридор.
На больничной койке лежала Поленька. А Слава был вынужден стоять и смотреть со стороны.
Минуты потянулись мучительно долго.