Не ровен час, возьмется этот таинственный некромант за один из самых известных домов в Петрограде.
— Это за какой? — насторожился я, и Любовь Федоровна вздохнула:
— За наш, Павлик. Ты чего, забыл, что соседствуешь с самой Виноградовой? Роковой красавицей времен Смуты.
Женщина откинула со лба прядь волос и приосанилась.
— В передаче по телевизору недавно говорили, что за мной увивался кто-то из венценосных особ, — продолжила она. — Что по мне сохли режиссеры, короли преступного мира и еще разные мужчины.
Я пожал плечами:
— В это легко поверить.
Виноградова смущенно махнула рукой:
— Брось, Павел, ты мне льстишь.
— Жаль, что я не надела в тот памятный день свое красное платье. Было у меня такое...- Любовь Федоровна обвела себя руками, показывая очертания корсета.
— Не думаю, что оно смотрелось бы уместно при визитах моей бабушки, например, — заметил я.
— А тут вы правы, — согласилась соседка.
— Говорят, что некроманты воскресают, — напомнил я с усмешкой.
— И как у тебя получилось это сделать? — беззаботно спросила женщина.
— С чего вы взяли...
— Я знаю, что ты умирал, Чехов. Я чую на тебе печать смерти.
Я принюхался к своему запястью, и уточнил:
— Землей пахну?
— Не иронизируй, мальчик. После возвращения ты стал немного другим. И кажется мне, что дело не только в том, что ты кого-то убил.
Она произнесла это без осуждения и даже не стала многозначительно коситься на меня.
— Все мы делали это когда-то впервые. Аристократы без крови на руках не существуют. Мы хищники, Павел. И ты теперь стал совсем взрослым. Но случилось что-то куда более интригующее. И чем ближе полнолуние, тем ярче от тебя веет тем, что уважающему себя призраку ни с чем не спутать.
— Вы меня пугаете, Любовь Федоровна. Я ведь точно знаю, что вы не ощущаете ароматов.
— Я не про запах. А про холод, княжич.
— Меня вытащил хронос, — с неохотой ответил я. — Он отмотал время назад, и я сумел уйти от пули.
— А где были остальные? Почему тебе никто не помог?
— Все сложно, — отмахнулся я, не уверенный, что могу говорить о произошедшем.
Женщина грустно улыбнулась.
— Ты был хорошо одет?
— Вам бы не было стыдно впустить меня в дом в том виде.
— Это хорошо.