И вряд ли передо мной тот самый некромант, который уничтожает призраков. Не стал бы некромант или шаман, что видит духов, вестись на провокации от монархистов. Тем более, когда в палате два таких сильных духа.
На призрачных жителей лекарни время от времени с интересом косилась даже Арина Родионовна. А сидевший на кровати человек, казалось, их не замечал. «Мумия» подошел к Лыкову вплотную. Но распорядитель никак не отреагировал на такого гостя. Только зябко поежился от холода, который исходил от призрака. И это еще раз указывало на то, что парень вряд ли некромант.
— И зачем вам нужны были дома с привидениями? — уточнила Арина Родионовна. И глаза секретаря странно блеснули. Парень вздрогнул, перевел взгляд на Нечаеву. И глаза Лыкова затуманились.
— Говорю же: цену на эти дома можно хорошо сбить, — заторможено ответил он. — А затем продать их.
Девушка обернулась ко мне, и едва заметно кивнула.
— И что было дальше?
— Я вызвал жрецов, которые провели обряды освящения, ходили по комнатам, расставляли ароматические палочки, которые, по их словам, должны были отогнать духов. И заверили, что призраков в домах больше нет. И я уже решил было выставить дома на продажу, как в них начали происходить странные вещи. То дверь захлопнется, то вдруг стекла полопаются, и посуда из шкафов вылетает.
— А вы чувствовали, что вам в спину кто-то смотрит? — поинтересовался я.
Лыков кивнул:
— Несколько раз. Но это длилось недолго. Секунду, может, две.
— И когда вы оборачивались, за спиной никого не было?
— Все так, — согласился распорядитель и побледнел.
— Рассказывайте дальше, — попросил я.
— После того как в доме начала твориться бесовщина, я снова обратился в Синод. На инспекцию помещений была назначена комиссия жрецов, которые ничего не обнаружили.
— А после их ухода все стало хуже? — уточнил я, но распорядитель покачал головой:
— Наоборот, на какое-то время все успокоилось.
— Почему?
— Потому что я понял, что призраки в этих домах действительно есть. А моя контора по продаже домов зарекомендовала себя исключительно с положительной стороны, — ответил распорядитель. — Продай я особняк с такими «жильцами», то это сильно бы ударило по моей репутации, которую я очень долго выстраивал.