Никогда прежде мне не доводилось ходить по городу с подобной суммой. Все время казалось, что какой-нибудь придурок обязательно докопается до меня, кто-нибудь вырвет сумку, меня обворуют, или случится еще что-нибудь дурное. Сумка выскальзывала из вспотевших, несмотря на холод, ладоней.
Я шла и не понимала, кого боюсь больше. То ли случайных воришек, то ли того, что снова наткнусь на Виктора.
Но нет. До квартиры я добралась без приключений.
Первым делом закрылась на все замки. Скинула вещи в прихожей, убедилась, что действительно содрала кожу веткой в парке, помазала ушиб йодом.
Лишь только после этого позволила себе упасть на диван, отдавая себя во власть прошлого.
Виктор Алмазов, владелец «Алмаз-фарм» и мой бывший босс, оказавшийся кровавым маньяком. Меня до сих пор бросало в дрожь от того, свидетелем чему мне не посчастливилось стать.
А ведь если бы не тот злополучный вечер, я бы так и продолжала жить в наивных розовых мечтах, где я золушка, которой повезло встретиться с принцем.
В душе вскипало по очереди то негодование, то злость, то раздражение на саму себя.
И ведь я думала, что смирилась. Вычеркнула этого человека из жизни и из памяти. Лучше бы я волка в этом злополучном парке увидела!
Всего одна случайная встреча, и хоровод воспоминаний встает в голове, не давая забыть, как с ним было хорошо.
Как мы гуляли, ходили вместе в кафе.
Я, стесняясь и смущаясь, рассказывала ему о том, как вчерашняя выпускница детдома возомнила себя великим талантом и решила попробовать поступить в театральное училище в нашем городе.
Лучше бы все это забыть, те дни, те ночи, зализать раны и найти в себе силы жить дальше. Он оказался далеко не принцем. Просто богатый мужик, связанный с криминалом. А я сирота, давно распрощавшаяся со своей мечтой.
Взгляд упал на мобильный телефон. Я уже удалила его номер, перед этим добавив в черный список. Вот только из собственной памяти стереть проклятые цифры было не так-то просто.
«Быть может, позвонить?» – мелькнула малодушная мысль, но была тут же отброшена.
Этот мужчина может растоптать не только сердце, но и погубить жизнь. Мою и моего неродившегося пока ребенка.
В дверь позвонили. Дурное предчувствие забило тревогу практически сразу.