Благо, на Севере его больше заботили бои и присутствие там Бена, а вчера в клубе он был слишком расслаблен, выпивая и болтая с приятелями, и не заметил, что она задержалась после выступления. А ночью, когда Хелл вернулась, его интересовал только секс. Но Ольга понимала, что удача не всегда будет на ее стороне.
Принимая душ, она собирала в кучу мысли, призывая на помощь позабытый здравый смысл и осторожность. А еще Оля поняла, что нужно исправлять все глупости, которые вчера наделала в присутствии Стейны и Бена.
Завязав перед зеркалом влажные волосы в хвост, она накинула халат и открыла дверь горничной, которая принесла завтрак. После принятия пищи ее почти отпустила головная боль, оставив наедине с трусостью и волнением. Ольга знала, что должна побороть их, но тянула время. Она выбрала шорты и майку для пробежки, переоделась, побродила по номеру, но все же решилась, взяла мобильный.
— Наташ, привет. Это Оля Князева, — проговорила она в трубку, стараясь звучать спокойно и бодро.
— О, привет. Чем обязана? — деловитый холодный голос Стейны пробрал до печенок.
— Мне… Я… — запнулась Оля, но все же собралась. — Я хотела извиниться, Наташ. Наговорила вчера тебе…
— Без проблем, дорогая, — тут же потеплела Старшая. — Всякое бывает.
— Да и Гриша…
— А что с ним?
— Мы… Я… — Князева выдохнула. — Ему я тоже наговорила и хочу извиниться. Может, скинешь номер, а то у меня нет его телефона."
"— Хмм, — Наталья взяла паузу, но не отказала. — Сейчас пришлю смской.
— Я постараюсь все исправить, Наташ. Обещаю.
— Хорошая девочка, — улыбнулась ей в трубку Старшая и отбила звонок.
Чтобы разбавить концентрированное волнение, Ольга не стала дожидаться смски, а сразу отправилась бегать. Спустя полчаса и еще один душ она взяла в руки телефон. Смс с номером Гришки было на месте.
— Ммм, — прогудел Птицын ей в трубку.
Оля не сдержалась, захихикала.
— Привет. Плохо? — спросила она.
— Не настолько, чтобы ты радовалась, — попытался уверить ее Гриша, который определенно узнал голос.
— Завтрак, пробежка, душ и полегчает.
— Да что ты говоришь, — плевался он сарказмом, явно еще не проснувшись.
— Я извиниться хотела, — перестала подначивать его Ольга.
— Завтра красный снег с говном пойдет.
— В Москве такая экология, что может. Правда, Гриш, мне жаль. Я, когда выпью, начинаю нести херню.