А я… Чёрт. Я выдрала свою руку из его и… разрыдалась еще громче:
– Не могу.
– Прошу, подумай хорошенько.
– Нет, Артём. Нет! – задыхаюсь, слёзы жгут глаза так сильно, что хочется наложить на себя руки.
– Что? Какого хера? Это из-за денег, да? Из-за статуса? Или член у него больше, чем у меня? – Артём начинает злиться и браниться.
– При чём тут это?! Боже, ты как ребёнок! Ты ведёшь себя как младенец! Смешно, – к горлу подступила истерика.
– Из-за этого мой отец лучше? Возраст? Власть? Любишь старых кобелей-извращенцев?
– Нет! О, боже! Перестань!!! Замолчи.
Что, правда колет глаза? Он прав. Он прав… Я стала шлюхой. Жадной, мерзкой сукой. Что пытается разрушить счастливую семью.
– Что тогда? Что, Диана?! – Артём хватает меня за плечи и трясёт.
– Я…
Я не могу открыть рот, чтобы выдохнуть. Слова застряли в глотке, будто иглы.
– Говори!
Хорошо. Я скажу. Перевожу взгляд в темноту. Не дышу. Не двигаюсь.
– Я беременна, Артём. Я беременна от твоего отца.
* * *Его сумасшедший вопль на миг превращает меня в глухонемую. Он толкает меня в бок. С силой, с ненавистью, с глухим рыком и клацаньем зубов. Я бьюсь спиной о дверной косяк, а он вытаскивает из кармана куртки маленькую красную коробочку, швыряет её на пол и демонстративно по ней топчется:
– Шлюха! Ненавижу тебя! И его ненавижу! Суки вы! Твари! Совет вам да любовь, блять!
С силой, с ненавистью, с агрессией, Артём давит наше возможное счастье пятками грязных кроссовок.
Тем же вечером я всё-таки ответила на звонок Ромы. Не сдержалась. Мне было очень-очень плохо. Я боялась, что из-за моего нынешнего состояния с ребёнком что-нибудь случиться. А я одна в другом городе, никто обо мне не позаботится в случае чего. Если бы не ребёнок, если бы не дурацкие гормоны… наверное, я бы не простила того, кто посмел меня ударить и обозвать.
– Я хочу, чтобы ты немедленно ко мне приехал.
– Чёрт! Диана! Слава богу, ты ответила.
– Рома, приезжай.