Однако, МакГиннес все же оказался быстрее, потому я попала в ловушку: входные двери перегородили два тролля, разбросав у порога кучу камней. Пришлось срочно останавливаться, переводить дыхание и судорожно искать укрытие. Из-за этого я потеряла драгоценные минуты на спасение. Сильные руки поймали меня, прижали к крепкой груди и... разгневанный Терлак потребовал ответа.
— Папа на нас злится, да? — унылые голоса близняшек вывели меня из транса.
От момента нашего разговора на первом этаже до ссоры всей семьи в кабинете прошло больше двух часов.
Украсть добычу у контрабандистов, бродить по старым тоннелям и катакомбам — воистину, мадам Сорель пришла бы в ужас от услышанного.
— Никто на вас не злится, — пробормотала я, осторожно сжимая хрупкие плечи Джини и Маргарет, Подняв голову, покосилась на Эйлу, встретив обжигающий взгляд, переполненный ненавистью.
Сестра Терлака презрительно фыркнула, затем отвернулась, всем видом выражая неприязнь ко мне.
— Полагаю, нам стоит разойтись по делам, — сэр Руперт устало потер переносицу. Он никак не прокомментировал обидные слова сына, даже не возразил в ответ.
К чувству вины за предательство девочек прибавилось еще и сожаление.
Рэнальф и Пол переглянулись, после чего кузен Терлака негромко выругался на непонятном языке. От магического импульса ставни в очередной раз ударили по стенкам с жутким грохотом и звоном.
— Аккуратнее, последнее стекло нам выбьешь, — буркнул Рэнальф недовольно, кивая молчаливой Эйле.
— Отвали! — рявкнула в ответ она, отталкивая подошедшего Пола. Девчонка выскочила из кабинета со скоростью ветра, прошмыгнув мимо отца.
— Предательница, — выплюнула ядовито Эйла напоследок, а я в очередной раз вздрогнула и опустила голову.
Дверь захлопнулась, отрезая нашу компанию от реальности и оставляя наедине с повисшими в воздухе неприятными мыслями.