Когда же я попыталась зубами порвать воздушную петлю, вовсе раскатисто расхохотался, отчего Регни приоткрыл желтый глаз и недовольно на нас покосился, выпуская дым из ноздрей.
— Неучтивый бормошмыгл, плюгавый соплежук, заднеглювый выродок лысой гу... — договорить ругательство мне не дала крупная ладонь, зажавшая рот.
Несколько секунд я просто хлопала ресницами, затем возмутилась и ударила нахала по голени. Раздалось тихое: «Ой». Терлак МакГиннес нахмурил густые брови, отошел от меня и наклонился, потирая больное место, пока я гордо задирала подбородок.
— Так-то, лэрд, — протянула я недовольно. — Будете знать, как похищать невинных дев прямо с вокзала!
В ответ раздалось невнятное ворчание.
Я отвернулась на несколько секунд, когда очередной порыв ветра взметнул мои локоны. Поежилась от холода, чувствуя, как немеют пальцы без перчаток. Свои отдала одной из пассажирок в вагоне, но успела пожалеть о таком поспешном решении. Душу грело лишь то, что с моим теплым шарфом и кожаными перчатками мисс Долсти доберется до места назначения без простудных заболеваний.
— Ладно, Колючка, нельзя столько злиться, — усмехнулся Терлак. Мне пришлось задрать голову, чтобы рассмотреть идеальные, скульптурные губы и выступающий подбородок. — Уж два дня как портал прошли, а ты все недовольна.
— Чему радоваться? — ощетинилась я, а для пущего эффекта топнула ногой и немного примяла изумрудно-зеленую траву. — Ехала себе спокойно домой, собиралась принять горячую ванну. Но вместо уютного имения отца — оказалась посреди гор с невоспитанным дикарем!
— Ты не собиралась домой, Мали.
Слова ударили под дых, а неприятная истина резанула по ушам, едва эти два предложения сорвались с губ МакГ иннеса.
Это действительно так. В столице Объединенного королевства меня никто не ждал. Точнее сказать, мне попросту запретили там появляться.
Жестоко, да. Но таковы правила. Если высокородная девушка позорила род жениха, наказанием становилось забвение. Мне еще повезло, что остальные члены семьи поддержали мое решение.