Все, что я успела — написать письмо и обсудить с гномкой поездку в город. Мы дважды проговорили предстоящие покупки припасов, перепроверили выданную сумму, а также документы. Мистер Лейтон потребовал три подписи и гербовую печать клана МакГиннес, которую, естественно, пришлось искать по всему кабинету Терлака.
Магда отступила, пропуская меня вперед, и опустила голову.
— В чем дело? — буркнула я. Мой острый взгляд пронзил несчастного парня. Особенно когда задержался на пятнах, что украшали льняную рубаху.
Боги, я ведь приказала всем соблюдать чистоту!
— Там.
Дальше я не слушала, побежала, что есть сил. Ни крутая лестница, ни крики вслед не остановили меня. В голове бил набатом злобный хохот старухи с косой. Он-то и гнал меня вперед без оглядки, чтобы успеть. Не дать ей развернуться на полную, поскольку там, где бушевала болезнь, неизменно властвовала и смерть.
Полуденная прохлада встретила меня во дворе вместе с шумом рабочих и криками караульных на стене.
— Я говорила, что так и будет! — рявкнула Юна.
Бледное лицо леди МакГиннес очень выделялось на фоне других. Может, проблема была в угольно-черном платье или синяках под глазами — кто знал. Когда она с шипением протянула скрюченные пальцы к тому, что лежало в повозке, перед моими глазами мелькнули потемневшие венки на коже.
Прикасаться к мальчику, сжавшемуся в комок, остальные побоялись. Он лежал на деревянном полу, укрытый килтом. Я мельком оглядела присутствующих и заметила, что именно Вестон стоит в одной сорочке. Ни порыв ветра, треплющий шелковый ворот, ни недоуменные взгляды некоторых людей нисколько не волновали брата Терлака. Больше всего его занимал разгорающийся спор с Дугалом, чем чье-то мнение.
Томас предусмотрительно отскочил в сторону, едва я подошла ближе.
— Груагачи нашли его в поле, — мужчины резко замолчали. — Стадо бродило без дела, чуть пикси не увели.
Почти не прислушиваясь к словам кого-то из братьев Терлака, я аккуратно тронула клетчатую ткань. Под мягкой шерстью кто-то усиленно дышал и беспрестанно ворочался, из-за чего уголок килта немного сполз, показав промокшие рыжие пряди.
— Тебе не следовало уезжать одному! — вновь прорычал Дугал. — Мал еще, чтобы такие вопросы решать.