Буквально источал ее, как маленький, магический генератор. У меня появилась идея взять драконенка в поездку по арендаторам. Вдруг бы болезнь отступила.
— Заболевшие? — очередной вопрос прилетел в спину."
"— Сдерживаем, — устало буркнула я. — Герцог, вам интересны хозяйственные будни в Арканте?
— Я обещал Эрику заботиться о вас, — нахмурился его светлость и заложил руки за спину.
— Кто-то же должен, пока ваш супруг окончательно не встал на ноги.
— О себе бы позаботились, — проворчала я недовольно.
Эту фразу Даниэль пропустил мимо ушей.
— Леди, — склонил голову дроу, покосившись на герцога. В одной руке Дарау держал бумаги, а другой небрежно поправил килт на плече.
— Ваша светлость, не оставите нас? — попросила Даниэля. Тот, естественно, нахмурился от подобной просьбы.
— Вы уверены? — вскинул брови герцог.
— Даффи — мой личный телохранитель — протянула я, уловив в голубом взоре сомнение.
— Это неприлично, — поджал губы Даниэль.
Мой взгляд устремился к трещинам на потолке.
Клянусь богами, ну и дрыглова дурь. Уж за то время, что я провела в Арканте, о приличиях здесь никто и никогда не вспоминал. Мадам Сорель упала бы в обморок, узнай она о моих поцелуях с женихом до свадьбы, непристойном поведении и... даже той ночи в спальне Терлака. Про жителей замка говорить нечего: одни девочки довели бы бедную наставницу до глубокого обморока.
Да что там. Мое выступление на совете и заключение сделок с нелюдями. Приличные женщины подобными вещами не занимались. В обществе я бы получила самое уничижительное прозвище — синий чулок. За разговоры о делах в кабинете. А его светлость внезапно вспомнил о приличиях.
Фи.
— Хорошо, — буркнул Даниэль, — погорячился. Прошу прощения.
— Еще как, — хмыкнула я непроизвольно, поражаясь самой себе. Боги, а ведь буквально два месяца назад пришла бы в ужас от собственных слов.
За нашу непродолжительную беседу Даффи успешно изображал предмет мебели. Молчал, устремив взгляд на каминную полку. Я привыкла к незримому присутствию дроу, что почти его не замечала. Дарау встречал меня у дверей спальни, провожал до кабинета и оставлял там под присмотром охраны. После того случая у покоев леди Розалинды он больше не проявлял эмоций открыто. Хотя несколько раз я ловила на себе задумчивый, пронзительный взгляд.