Он помогал людям по мере возможности, потому что сам желал. Мы ведь не тащили его в комнату Пола, сначала в нее пробрался дракончик и спас МакГинессу жизнь.
— Амалия, — отец внезапно повернулся. Его усталый взгляд скользнул по моему напряженному лицу. — Я прожил долгую жизнь. Счастливую. Вырастил двух дочерей, которыми очень горжусь. Одна занимается благотворительностью, а вторая смело противостоит кучке аристократов и отстаивает права нелюдей.
Слезы обожгли щеки, затем тихий всхлип вырвался из горла.
— Иногда родителям надо уходить, Мали, — мягко проговорил папа.
— Останься со мной, — выдохнула, схватив шершавую ладонь. — Пожалуйста! Сколько у нас времени? Год? Два? Я больше не хочу терять близких.
— Понимаю, — он аккуратно освободил руку, чтобы сжать мои плечи. Губы коснулись макушки, а затем последовало тихое:
— И я всегда буду рядом, Мали. Даже после того, как уйду.
***"
"Приятная музыка сменила ритм на неторопливое звучание.
Ах, какой скандал!
— Не выглядишь счастливой, — оголенное плечо обожгло прикосновение. Я крепче сжала бокал хереса и посмотрела на мужа.
— Как прошло собрание? — спрятав затаенную боль глубоко в сердце, я улыбнулась.
— Закон о нелюдях подпишет король, — проговорил муж. — Я потому и опоздал. Правил документ.
— Вот как...
Под блеском хрусталя и стекла белый мундир короля с золотой лентой очень выделялся среди разноцветных платьев и сюртуков. Мой взгляд метнулся к приклеенной улыбке Абеля Трастамара. Он на свою партнершу с таким искусственным восторгом, что знакомые коготки заскребли душу.
Точно так же его величество когда-то смотрел на меня.
— А Морриган? — Терлак вздрогнул и опустил голову. Я поискала фею и заметила ту в сопровождении лэрда Джереми.
— Король выдал помилование при одном условии, — вздохнул МакГиннес. Носок сапога поковырял плитку прежде, чем муж продолжил: — Мисс Делейни поедет с заданием для короны в Ровению. С лэрдом Монтгомери.
— Почему? — я резко повернула голову и поймала недовольство на лице Терлака.
— Ну, своеволие герцога Фламеля знатно разозлило Абеля.