Правда, после Лоси она годилась только на тряпки.
— Догоняйте, — кивнул нам Дугал, заметив мое желание остаться с девочками наедине. — Терлак, я вечером зайду в кабинет для разговора.
— Хорошо.
Близняшки смиренно молчали.
Много раз я просил их не использовать магию смерти. У людей она вызывала страх. Общество боялось некромантов, черных ведьм, колдунов. Такие дети, как Джинни и Маргарет совершенно не вписывались в нынешние устои. Мало того что бастарды, так еще с опасным даром.
— Ты злишься? — первой подала голос Маргарет.
Подняв голову, старшая дочь внимательно наблюдала за моими движениями, читала настроение. Короткие волосы растрепались, несколько отросших прядей упали на глаза, и ей приходилось постоянно поправлять их. А ведь когда я уезжал, у Марго была роскошная рыжая грива.
— Нет, — улыбнулся я. Сюртук перебросил через плечо, оставаясь в одной сорочке, и повернулся к сестричкам. — Но не стоило нападать на противника в несколько раз опытнее вас.
Для острастки пришлось нахмурить брови и поймать на круглых личиках виноватое выражение.
— Мы хотели помочь, — пробубнили девочки одновременно, как делали в минуты обиды или недовольства. Пальцы Маргарет нашли руку Джинни и крепко сжали — признак поддержки друг друга.
— И я вами очень горжусь, — эта фраза разрушила атмосферу напускной строгости.
Счастливые близняшки мигом расцепили пальцы и с визгом бросились ко мне в объятия. Со смехом я поймал неугомонных болтушек, крепко прижимая к себе. Только в этот момент понял, как сильно соскучился по ним.
— Пап, от тебя воняет рыбой.
— Очень, — добавила Джинни.
— Ничего, потерпите. Я вас три года не видел. Умудрились вырасти из пикси в настоящих воительниц. Наверное, скоро драконов будете приручать, — промурлыкал я и расцепил объятия.
Крохотные ручки дочерей просто утонули в моих ладонях, и мы зашагали к порталу.
— Сто тридцать семь кватов, — гордо задрала нос Маргарет.
— Выше глупой Сюзи Бандот, — заявила Джини.
Я хмыкнул, прислушиваясь к щебетанию сестричек, ощущая, как находит умиротворение в груди разбуженная стихия. Пульс приходил в норму. Ветер вновь стал игривым, подхватывал листья и травинки, кружа их в бесконечном танце. Позади нас радостно ухнула Лося и исчезла под водой с громким всплеском.
Было так хорошо, что я забыл о царапинах, порезах и синяках.