Но обида продолжала отравлять разум, мешая думать о последствиях своих поступков. Хотелось каждый клочок засадить цветами, чтобы величественные дубы поднимали кроны к солнцу и выглядывали из-за разрушенных башен.
Эйла взвизгнула от ужаса, когда корни потащили ее за ноги в сторону стола. Она цеплялась пальцами за плиты, пытаясь освободиться, но ничего не помогало. Моя боль подпитывала растения, усиливала дар. Я практически растворилась в собственной магии.
— Амалия...
Прошелестел чей-то голос, зовущий из темноты, затем легкий ветерок коснулся щеки.
— Прекрати! — заорала я, не зная, кому сопротивляюсь и с кем борюсь.
"Выставив руку вперед, заставила качнувшиеся ветви броситься на противника. Задрожал потолок, посыпалась каменная крошка.
А потом я увидела Терлака. Таким, каким никогда раньше не представляла. Словно сам МакГиннес был ветром — жестким, опасным, неугомонным. Серые глаза подобно грозовому небу сияли мистическим светом, который заставил меня испуганно вздрогнуть и отступить.
— Успокойся, Амалия, — тяжелые ладони легли на плечи, пресекая попытки сопротивления.
— Нет! — взвилась и вновь попыталась ударить, оттолкнуть от себя. Растения собирались с силами, готовились к очередному бою.
— Да, — чуть жестче сдавил пальцы Терлак, причиняя почти физическую боль.
Предатель, он тоже за них. Потакает происходящему, не слышит моих просьб и желаний. Растения шептали правду, они не могли обмануть.
— Успокойся! — рявкнул неожиданно Терлак, пропуская настолько мощный импульс через свое тело, что меня едва не отбросило к стене.
Все внезапно закончилось. Туман в голове рассеялся, остатки мха и веток посыпались с балок на пол. Отовсюду раздавались стоны, шепот, ворчание: люди помогали друг другу подняться, затем с опаской поглядывали на застывшую меня и отходили подальше. Даже Магда смотрела иначе, будто не узнавала.
Боги, да я сама пребывала в полном шоке.
— О, кошмар, — послышался голос Вэстона. — Они здесь все разнесли!
— Она опасна...